С благодарностью приняв эту короткую передышку, он поднял стакан. И Лилли, крепко сжав тяжелую сумку, изо всех сил ударила его.

Это моя вина, сказала она себе, это я его вырастила таким; его возраст, мой возраст, наши ссоры и драки, словно он младший брат… моя вина, мое воспитание. Но что же мне делать с этим теперь?

От удара сумкой стакан разлетелся вдребезги. Молния на сумке порвалась, деньги зеленым дождем рассыпались по комнате. И зеленый цвет покрылся красными пятнами.

Лилли в ужасе смотрела на сына. Из открытой раны в горле Роя хлестала кровь. Он привстал в кресле, обхватив руками шею, и уродливый осколок стекла выполз между его пальцами. Он невнятно пробормотал:

– Лил, как ты… – Но тут его колени подвернулись, он согнулся и упал на ковер из перепачканных кровью денег.

Все кончилось очень быстро. Еще до того, как она попыталась объяснить или извиниться, если вообще можно было что-то объяснить и за что-то извиниться.

Она как ни в чем не бывало подпихивала ногой чистые деньги, собирая их в кучу. Завязала их в полотенце, сунула под одежду и в последний раз осмотрела комнату.

Вроде все чисто. Ее сын убит Мойрой, которой уже не существовало. Конечно, тут есть и ее отпечатки, но это ничего не доказывает. В конце концов, она приходила сюда и раньше. К тому же Лилли Диллон официально мертва.

А может, так и есть, подумала она. Может, лучше бы я и в самом деле умерла!

Собравшись с духом, она опустила глаза и посмотрела на сына. И вдруг содрогнулась и неудержимо разрыдалась.

Но и это прошло.

Она усмехнулась, почти с издевкой взглянув на тело, скорчившееся на полу.

– Что ж, малыш, это всего лишь горло, правда?

Она вышла из комнаты, покинула отель и пропала из «города ангелов» навсегда.