Не буду думать о том, что мне хочется, чтобы мина не сдетонировала.

— Логически правильно, — чуть нахмурил лоб профессор, ослеживая нить моих рассуждений. — Ладно, пусть так и будет. Тогда тебе надо прибыть на пункт назначения чуть пораньше, дня на два, скажем. На всякий случай. А перед этим — засветиться в органах НКВД, чтобы тебя уже официально направили как агента-наблюдателя. Чтобы у этих Дёмина с Погодиной не возникло лишних вопросов.

Пожимаю плечами. Всё это мы уже обговорили десятки раз, во время моей подготовки к грядущему путешествию во времени. Эксперименту, который должен будет произвести целую революцию в науке. Ведь до этого временной перемещатель существовал лишь в теории.

Но для Рудова одной теории всегда было недостаточно.

— Легенду я тебе уже приготовил, ознакомишься, — профессор выудил из-под кипы бумаг серую папку. — Нам несказанно повезло, так что даже имя с фамилией менять не придётся. К твоему сведению, в те годы внештатным агентом НКВД числилась некая Ольга Сергеевна Орлова. Ради интереса стоило бы просмотреть ДНК, вдруг она твоя какая-то дальняя родственница?

— Мгм… — подобная находка действительно убирает множество проблем, тем более что эта самая агентка моя полная тёзка.

Досье гласит, что «я» состою в чине майора (нехило, однако!), 27 лет от роду и т. д. и т. п. В нужное нам время О.С. Орлова находилась на задании где-то в Сибири и непосредственного участия в военных действиях не принимала. В общем, всё складывается как нельзя более удачно.

— Значит через два дня всё сделаем, — подытожил Рудов. Коротко взглянул на меня. — Не передумала ещё ехать? Понимаешь же, если что случится, вытащить тебя я не смогу. Второго такого прибора просто не существует. И потом, существует вероятность, что аккумулятору после перемещения так далеко во времени придётся восстанавливаться несколько дней.

— Пробьёмся! — бодро поднимаюсь, потягиваюсь, подхватываю папку с документами и своей легендой. — Неужели вы думаете, что я упущу свой шанс первой побывать в прошлом? В таком случае, профессор, вы меня плохо знаете!

Рудов коротко смеётся. Провожает до дверей.

— Через два дня я тебя жду. Со всей униформой и полной экипировкой.

— Есть, товарищ генерал! — по-военному отдаю честь.

Через восемь дней я уже была готова поверить, что Ольга С. Орлова, агент НКВД, и простая жительница XXI века — на самом деле одно и то же лицо. Новая жизнь закружила, увлекла и затянула в себя, не давая опомниться. Впрочем, это была отличительная черта того временного периода.

Всё прошло на редкость замечательно. Временной переместитель, замаскированный под обычный медальон на цепочке, сработал как надо. Аккумуляторы нагрузку выдержали, так что мне не требовалось опасаться, что я теперь навеки застряну в 1945. Можно было со спокойной совестью приступать к своему заданию, что я в общем-то и делала.

Получить назначение не составило никаких проблем, ибо бумаги, сфабрикованные Рудовым, под чьей-то витиеватой подписью, быстро получали всеобщее обдобрение. Получив практически полную свободу действий и инструкции от штаба, которых мне требовалось придерживаться, я на поезде добралась до нужного мне пункта и стала ждать прибытия своего импровизированного отряда. По моей просьбе, Дёмин с Погодиной уже были осведосмлены о том, что к ним в скором времени присоединится наблюдатель. Лишние расспросы были мне ни к чему.

Самым тяжёлым испытанием было оставаться вне дел. Когда сроки приезда подошли к концу и стало понятно, что команда до взрыва не появится, больнее всего было сидеть в своей комнате и ни словом, ни жестом не намекнуть о том, что нельзя запускать механизм завода. Запрещено, табу — потому что любое моё вмешательство, по словам Рудова, неизбежно вызовет разрушение УВЦ (Уникальной Временной Цепи), что приведёт к глобальным изменениям в будущем.

Значит, если мина взорвалась, мне нельзя ничего предпринимать.

Только сидеть и ждать.

На десятый день после моего перемещения в прошлое, прогремел взрыв. Всё шло, как и предполагал Рудов. Эксперимент можно было продолжать, не опасаясь временной катастрофы, но кто может сказать, что мне по-прежнему этого хотелось?

— Товарищ майор, команда Дёмина прибыла и была направлена на ночёвку в местный Дом Колхозника. Приказы будут?

Отрываюсь от меланхоличного созерцания стены и с усилием концентрируюсь.

— Нет, спасибо. Передайте им… а впрочем, ничего не надо. Я зайду к ним сама попозже.

Солдат кивает, и выходит. Откидываюсь на спинку малость покорёженного стула. Да, пора уже приниматься за работу. Профессор же меня предупреждал, что это время — не для людей со слабыми нервами. И я всё это знала. Значит, пора прекращать эту затянувшуюся депрессию и самобичевание, потому что толку от этого всё равно никакого нет.

Короткий взгляд на часы — почти десять вечера. На улице уже темно. Может всё же стоит подождать до утра и отложить знакомство. Тем более, не думаю, что они в состоянии сейчас адекватно воспринимать всё, что я собираюсь сказать.