Его мысли опять обратились к Мудрецу, цели их поиска. Почему этот загадочный волшебник послал их по этому пути? Это просто проверка их решительности или он преследовал другую цель, посылая их через пустоши. Он вспомнил то, что говорили Ториан и Энке. Никто никогда не пересекал пустоши живым. Не может ли быть так, что сам Мудрец скрывается где-то там, посреди этого безжизненного камня? Может ли быть лучшее убежище для волшебника-сохранителя, чем эта обжигающая, покрытая камнями, смертельная пустыня, в которую никто не отваживается войти? Но, с другой стороны, голос из пламени сказал им идти в Нибенай. Эти пустоши просто препятствие, которые они должны преодолеть, и нечего больше. Снова и снова, прокладывая дорогу между валунов, Сорак задавал себе все тот же вопрос, — Почему? Почему пустоши? — Когда солнце начало медленно опускаться с небес, он опять взглянул перед собой, и не увидел ничего, кроме вздыбленных булыжников, огромных валунов и каменных россыпей, протянувшихся вдаль настолько, насколько глаз мог видеть. И только на горозонте смутно виднелась серая, изогнутая линия, Горы Барьера, но на первый взгляд, они не стали ближе с того момента, когда они начали свой самоубийственный путь.

— Это бессмыслено, — сказал капитан наемников, придерживая своего канка. Они никогда не пройдут через эту каменную пустыню живыми. Если мы пойдем за ними, мы только умрем, как и они. Я и мои люди не пойдем дальше.

Ториан повернул своего канка так, чтобы быть лицом к лицу с капитаном. Он взглянул на других наемников, их было восемь, не считая его и капитана. Их угрюмые лица без слов сказали ему, что они чувствуют тоже самое, что и их капитан.

— Ты сделаешь то, что тебе сказано, — твердо сказал Ториан.

— Мы не подписывались на это, — запротестовал капитан. — Нас наняли охранять караван во время путешествия, а не охотиться в пустошах по приказу идиота.

Ториан выхватил нож и метнул его с такой скоростью, что наемники не увидели почти ничего, кроме смазанного пятна. Нож пронесся через воздух и с безошибочной точностью вознзился прямо в мягкую ямку под подбородком капитана. Капитан издал кашляющий, сдавленный звук, его руки протянулись к мечу, а кровь хлынула изо рта. Он покачнулся, упал с канка и тяжелой грудой приземлился на твердую, каменистую землю, кровь волной хлынула на камни. Прежде, чем кто-нибудь из наемников успел отреагировать, Ториан вытащил свой меч. Как и нож, он был из стали, редкой и почти бесценной, такое оружие могли позволить себе только очень богатые аристократы, да и то достаточно удачливые, чтобы найти его.

— Кто-нибудь еще думает, что это приказ идиота? — спросил Ториан. — Тогда вперед, и пусть попробует скрестить оружие с идиотом.

Наемники взглянули друг на друга, потом на своего мертвого капитана, лежащего у их ног. Ториан знал, что они думают. Их было восемь, а он только один. Но хотя перевес был на их стороне, у него был стальной меч, а они знали, что это означает. Их собственные обсидиановые клинки разлетятся вдребезги, столкнувшись с сталью, а он уже продемонстировал им свои способности и готовность убивать. Обычно аристократы не были слишком хорошими бойцами, но Ториан учился владеть мечом с детства под руководством лучших мастеров меча в Галге, и умел не только сражаться, но и командовать солдатами. В конце концов они были обычными крестьянами-наемниками, которые всегда и везде подчинялись приказам высших классов, и они даже помыслить не могли о том, чтобы поднять свое оружие на аристократа.

Тем не менее, чтобы защититься против такого варианта развития событий, Ториан решил надавить еще больше. — Ваш капитан был великолепный следопыт, — сказал он. — Его способности были почти равны моим. Возможно, один из вас тоже умеет читать следы. Возможно, вы в состоянии найти дорогу обратно в лагерь без меня. Но, с другой сторону, возможно и нет. В любом случае вы должны выбирать, у выбирать прямо сейчас. Но я хочу сказать вам, что единственный путь обратно лежит через мой труп, который останется лежать рядом с вашим капитаном.

Наемники опять обменялись встревоженными взглядами. И еще прежде, чем они ответили, Ториан знал, что победил.

— Мы последуем за вами, милорд, — сказал один из них.

— Хорошо, — сказал Тотиан. — Теперь ты капитан. Твоя награда будет соответствовать твоему новому статусу. Кроме того, каждый из вас получит по пятьдесят золотых монет, когда мы вернемся с Прицессой Коранной.

Он улыбнулся огоньку жадности, мелькнувшему в их глазах. Пятьдесят золотых монет была совершенно неслыханная сумма, королевский выкуп за человека. Они могли прослужить всю оставшуюся жизнь, и никогда не увидеть такой суммы. Но для Ториана это было жалкие гроши. Он принадлежал к одной из богатейших семей Атхаса, владевшей огромными имениями и связанной тесными деловыми узами с Домом Энке, одним из наиболее могущественных членов торговой гильдии. А когда он женится на Коранне, он станет и одним из наиболее могущественных аристократов на Атхасе, родственником не одной, а сразу двух королевских семей. Ради этого он на четвереньках проползет все пустоши, если понадобится.

— Мой нож, капитан, — сказал он.

Новоназначенный капитан наемников вытащил стальнок клинок из горла своего предшественника, вытер его о мертвое тело и с поклоном подал Ториану.

— Вперед, — сказал Ториан, поворачивая своего канка на восток. Наемники последовали за ним. Любой из них, он знал это, легко мог ударить его в спину, но он также знал, что никто из них этого не сделает. Не сейчас. Припугни человека, подумал он, потом соблазни, поймай его на крючок жадности, и он твой навсегда. Он знал какие нужны орудия, чтобы манипулировать людьми.

Но какие орудия использовала Коранна, чтобы манипулировать эльфлингом? Призвала ли она его мужские инстикты, как женщина в отчаянном положении? Да, это было возможно, но Сорак не человек. Он эльфлинг, а как эльфы, так и халфлинги хорошо известны тем, что для них свои собственные интересы намного важнее любых других. Как ей удалось убедить Сорака помочь ей убежать? Пообещала ли она ему деньги? Пообещала ли она ему свою любовь? Нет, последнее совершенно невероятно. Конечно, отчаявшаяся женщина может прибегнуть к этому, как к последнему ресурсу, и предложить себя в любовницы, но эльфлинг путешествует с такой девицей, которая, хотя и монахиня, не уступает принцессе в сексуальной привлекательности. Монахини-виличчи, хотя частенько и давали обет не вступать в брак, далеко не всегда сохраняли девственность.