Шрифт:
– По совести? Выходит, вы чувствуете себя виноватым? – теперь Кэсси не скрывала усмешки; при этом у нее было выражение глаз кошки, играющей с мышью.
– Не в этом дело. Я просто думаю, что мы должны вам помочь, – ответил Ник, все больше и больше чувствующий себя не в своей тарелке.
– Не знаю, как вы дошли до такой жизни, – пробормотала Кэсси.
«Пускай! – подумал Ник. – Пусть она смешает меня с грязью. Пусть она смешает с грязью „Стрэттон“. Пусть она выговорится. Может, ей полегчает. А может, полегчает и мне самому. Почему нет? Ведь я знал, на что иду, отправляясь сюда…»
– Я же Ник-Мясник!
– Бросьте! Я просто не понимаю, как вы можете жить, когда вас ненавидит почти весь город.
– У меня такая работа.
– Лучше такая, чем никакой.
– Не всегда.
– Пару лет назад вам, наверное, было лучше. Наверняка вас все обожали. Представляю, как вы купались в лучах собственной славы! И вот тебе на! Вы здесь!
– Не могу сказать, что для меня существует только чужое мнение… – неуверенно пробормотал Ник.
– Бросьте, – загадочно усмехнулась Кэсси. – Я же вижу, что вы очень страдаете, когда вас не любят.
– Извините, но мне пора.
– По-моему, я вас раздражаю, – сказала Кэсси. – И все-таки интересно, зачем такой явно не склонный к сентиментальности человек, как вы, явился сюда лично. Вы что, поувольняли всех рассыльных?
– Не знаю, – покачал головой Ник. – Наверное, я действительно за вас переживаю. У меня ведь тоже в прошлом году погибла жена.
– У вас есть дети? – Кэсси подняла на Ника карие глаза, в которых мелькнуло что-то похожее на боль.
– Двое. Мальчик и девочка.
– Сколько им?
– Джулии десять, а Лукасу шестнадцать.
– Потерять мать в их возрасте ужасно. Неужели чаша боли на пиршестве жизни не минует никого! – закатив глаза, пробормотала Кэсси.
– Мне пора на работу. Извините за беспокойство.
Внезапно у Кэсси подкосились ноги. Она сползла по стене на пол и растянулась бы на нем, если бы вовремя не оперлась на руку.
– О Господи! – простонала она.
– Вам плохо? – Ник наклонился над Кэсси.
Девушка поднесла вторую руку ко лбу и закрыла глаза. Ее полупрозрачная нежная кожа приобрела мертвенный оттенок.
– У меня от головы отлила кровь… Все поплыло перед глазами…
– Чем я могу вам помочь?
– Ничем. Мне просто надо посидеть… – еле заметно покачала головой Кэсси.
– Может, воды? – Ник опустился на колени рядом с девушкой, у которой был такой вид, словно она сейчас окончательно потеряет сознание и рухнет на пол.
– Не надо… – вновь покачала головой Кэсси. – Все в порядке…
– Нет. Сидите так. Сейчас я вам что-нибудь принесу.
– Не волнуйтесь, – прошептала Кэсси, закатив помутневшие глаза. – Со мной ничего не будет…
Однако Ник уже поднялся на ноги и прошел в кухню. Там он обнаружил раковину полную грязной посуды, а на кухонном столе – несколько картонных коробок из китайского ресторана. Оглядевшись по сторонам, Ник обнаружил электрическую плиту с чайником на конфорке. Судя по весу, чайник был пуст. Отодвинув тарелки в раковине, Ник налил в чайник воды. Некоторое время он не мог понять, какая ручка от какой конфорки. Наконец плита стала подавать признаки жизни.
– Вам нравится сычуаньская кухня? [34] – крикнул Ник.
34
Кухня расположенной на западе Китая провинции Сычуань. В знаменитой сычуаньской кухне насчитывается около 5000 различных блюд. Специфический аромат сычуаньских блюд – остро-пряный.
Ответа не последовало.
– Эй, вы живы?
– Сычуаньская кухня довольно грубая, – раздался наконец слабый голос из прихожей. – Но в Фенвике всего пара китайских ресторанов. И оба довольно скверные… В Чикаго в десяти минутах ходьбы от моего дома китайских ресторанов штук шесть.
– Но я вижу, вы не гнушаетесь и нашим китайским рестораном.
– Он ближе всего к моему дому. А готовить мне в последнее время как-то нет настроения…
Кэсси появилась на пороге кухни. Она держалась за дверной косяк. У нее тряслись колени. Наконец она опустилась на хромированный кухонный стул с красным виниловым сиденьем рядом с кухонным столом.
Чайник стал закипать. Ник открыл допотопного вида холодильник, напомнивший ему вечно урчавшего монстра в родительском доме, но почти ничего в нем не обнаружил. Немного молока. Заткнутую пробкой полупустую бутылку австралийского вина. Штук пять яиц.
В самом углу холодильника он обнаружил остатки пармезана и пучок зеленого лука.
– У вас есть терка?
– Есть, если не шутите…
5
Ник поставил на стол перед Кэсси тарелку с омлетом и кружку чая. Он слишком поздно заметил, что кружка украшена старой эмблемой корпорации «Стрэттон».