– А кто сказал, что вы им не занимаетесь? Ситуация очень логично развивается. Выполняете поручения по развитию взаимодействия между Кремлем и правительством. По ходу работы появляются трудности. И вы вполне резонно предлагаете создание нового механизма, то есть Национального совета по инвестициям.

Если верить Дюку, все складывалось как нельзя лучше. Ратов не нашелся что возразить, хотя чувство обманутости и разочарования не исчезало. Только притупилось.

– Нужно поторопиться с предложениями по списку стратегических предприятий. Звонил курирующий вице-премьер. Просил ускорить, – предупредил Дюк.

– Откуда ветер дует? В «Ферросплавах» такие технологические секреты, что, если они достанутся врагу, ему не поздоровится, – попытался отшутиться Ратов.

– Думаю, вице-премьера достает Морев. Он очень настойчивый. Сам прозванивает всю цепочку от руководства до исполнителей. Есть у него такая особенность. Вам не звонил?

– Нет, – мрачно ответил Ратов, вспомнив беседу с генералом Вороновым.

– Конечно, дело не в настойчивости Морева, – размышлял вслух Дюк. – Готовится совещание президента с металлургическими олигархами. Речь пойдет о создании мегакорпорации, объединяющей ключевые компании и предприятия. А перед этим всех соберет вице-премьер. Вот Морев и спешит зачистить свои проблемы.

– Объединить компании? Но у каждого долги, – засомневался Ратов.

– М-да, долгов много, – заулыбался Дюк. – А мы объединим должников, и «чистых» и «нечистых», в одну кучу. Соберем их, как на Ноевом ковчеге.

– В целях спасения?

– Вне всякого сомнения. Спасения и оздоровления, – оптимистично пообещал Дюк.

«Любопытно, кто будет играть роль Ноя?» – подумал Ратов.

– Старина, ты куда пропал? – Голос Сироты в телефонной трубке звучал нетерпеливо, недовольно и взволнованно.

– Я на месте.

– А до этого? Я тебе несколько раз звонил.

– Уж и не знаю. Может, перебои в связи. Ездили с Марикой в дом отдыха, – сообщил Ратов.

– С Мариной? – удивился Сирота.

– Нет, с Марикой, – поправил Ратов.

– Это другая, не Марина? Ты не рассказывал. Твоя девушка? Ты их по принципу совпадения имен подбираешь?

«Не только. Мне бы самому понять, по каким признакам», – подумал Ратов и ничего не ответил, вслушиваясь в шумное дыхание Сироты и фоновый шум улицы. Видимо, тот был в автомобиле.

– Нужно срочно встретиться. По твоему вопросу, – настойчиво сказал Сирота.

– Что-то серьезное?

– Ты чего! Не узнаю. Меланхолик. Переотдыхал? Выпил больше, чем мог, но меньше, чем хотел? Надевай валенки, шапку и на выход. Я в твоем районе. Готов увидеть твою физиономию максимум через полчаса. Заранее предупреждаю: никаких совещаний, важных встреч и прочей ерунды. Иначе я умываю руки.

– Какие валенки! В Москве опять тепло. Ты на улице бываешь?

– Редко. Кабинет – машина – дом и в обратном порядке. Ладно, валенки можешь не надевать, – проявил великодушие Сирота. – Знаешь на Маросейке кафе с венгерским названием? В начале улицы. Мы там с тобой встречались.

– Да, помню. А почему не в кабинете?

– Объясню при встрече, догадливый ты наш! Выходи.

Ратов набросил легкое короткое пальто, похожее на те, что любит носить президент, завязал «итальянским узлом» коричневый, отливающий шелком шарф, подаренный Марикой, и спустился к выходу. Он прошелся немного по Ильинке и направился к подземному переходу. До кофейни было рукой подать, и в запасе оставалось еще минут двадцать.

Через улицу висела рекламная растяжка «Ура кризису! Новые цены на автомобили. Сумасшедшие скидки!».

У спуска в переход Ратов был атакован энергичной девицей, которая внаглую втюхала ему листки «Антикризисное меню», на которых был указан адрес ресторана, славившегося своими высокими ценами.

В переходе Ратов подошел к витрине книжного киоска и попытался в отражении стекла проверить, не следуют ли за ним подозрительные личности. Его не покидало тревожное ощущение, что он под наблюдением. Как будто неведомый глаз внимательно рассматривает его со стороны и прячется. В стекле отражались смутные тени.

«Нельзя доверять детективным романам, – подумал Ратов. – Хрен чего в стекле увидишь. Может, в других странах витрины моют лучше?»

– Журналы выйдут на следующей неделе, – предупредила продавщица.

Она подозрительно рассматривала Ратова. Судя по напряженному взгляду, он мог оказаться инспектором одной из бесчисленных московских служб, контролирующих и обирающих потребительский рынок. Но инспекторы дорогие пальто и шарфы не носят. Все больше в куртках и вязаных шапочках.

– Возьмите журнал о художниках, – сочувственно предложила киоскерша. – На выбор. Репина дешевле отдам. Он уже давно лежит.