Это было правдой. Утверждения Дженнифер Кейтер о том, что королева заманила ее короля в свое поместье, чтобы убить его, было в полной мере подлогом. Кровопролитие началось с обезглавливания одного из телохранителей королевы вампиром из команды Питера Тридгилла.

На лице Эрика расцвела сияющая улыбка. Он любил драку.

— Я насчет того, кто начал, — сказал он. — Король сделал все возможное для того, чтобы заманить королеву в ловушку неосторожности, но у него ничего не вышло, благодаря нашей Сьюки. Когда этот план не сработал, он прибег к простой лобовой атаке. — Эрик добавил: — Я не видел Дженифер лет двадцать. Она быстро пошла в гору. Она должна быть безжалостной.

Андре двинулся вправо от меня и оказался в поле моего зрения, что принесло мне заметное облегчение. Он кивнул. Опять же, все вампиры в комнате сделали общее движение, не совсем в унисон, но зловеще близко к тому. Я редко чувствовала себя настолько чужой: единственная теплокровная в комнате, наполненной ожившими мертвецами.

— Еще, — сказал Андре. — В нормальных условиях королева предпочла бы иметь на саммите полный контингент для своей поддержки. Но поскольку мы принуждены к политике экономии, число сопровождающих должно быть урезано.

Андре снова подошел достаточно близко, чтобы прикоснуться ко мне, просто провести кистью по моей щеке.

И тут в моей голове произошло своего рода мини-открытие: вот так чувствуют себя обычные люди. Я не имела ни малейшего представления о подлинных намерениях и планах моих компаньонов. А ведь так нормальные люди живут всю свою жизнь. Это было пугающе, но интересно: словно прогулка с завязанными глазами через переполненный зал. Как простым людям удается жить в такой постоянной неопределенности?

— Королева хочет, чтобы эта женщина была рядом с ней на заседаниях, поскольку там будут другие люди, — продолжил Андре.

Он говорил исключительно Эрику. Все остальные ничего не значили. Будто нас вообще не было в этой комнате.

— Она хочет знать их мысли. Стэн будет со своим телепатом. Ты знаешь этого человека?

— Вообще-то, я сама нахожусь здесь, — пробормотала я, но никто не обратил на это никакого внимания, только Пэм одарила меня солнечной улыбкой.

Холодные взгляды всех собравшихся были прикованы ко мне, и я осознала, что они ждали, и что Андре адресовал мне прямой вопрос. Я настолько привыкла к тому, что вампиры постоянно говорили надо мной и вокруг меня, что это оказалось для меня полной неожиданностью. Я прокручивала в голове фразы Андре, пока не поняла, о чем он меня спросил.

— Я в жизни встречала только одного телепата, и он живет в Далласе, так что я могу предположить, что это тот самый парень — Барри-Колокольчик. [4] Он работал в вампирском отеле в Далласе, когда я почуяла его, эээ… одаренность.

— Что ты знаешь о нем?

— Он моложе меня, и способности у него слабее, чем мои; или, по крайней мере, так было на тот момент. Он бы никогда не признался, что он был той же породы, что и я.

Я пожала плечами. Это были все мои знания.

— Сьюки будет там, — сказал Эрик, обращаясь к Андре. — Она лучшая в том, что она делает.

Это было лестно, хотя я с трудом вспоминала, как Эрик говорил, что он ранее сталкивался лишь с одним телепатом. Но ужасно раздражало то, что это преподносилось Андре так, будто мои способности были его, Эрика, заслугой, а не моей.

Несмотря на то, что я впервые получала возможность увидеть что-то за пределами моего маленького городка, я обнаружила, что предпочла бы отказаться от поездки в Роудс. [5] Но месяц назад я согласилась принять участие в этом вампирском саммите в качестве наемного работника королевы. И за последний месяц я отработала много часов в баре «Мерло» в счет того времени, когда в течение недели другие официантки будут меня прикрывать. Мой босс, Сэм, помогал мне вести график их учета.

— Клэнси останется здесь следить за баром, — сказал Эрик.

— Это человечинка может поехать, а я должен остаться? — возмущению рыжеволосого менеджера не было предела. Он был очень, очень огорчен решением Эрика. — Я не смогу увидеть всего этого веселья?

— Именно так, — сказал Эрик милым голосом. Если Кленси и думал сказать еще что-то против, то, взглянув в лицо Эрика, он вжался в стул. — Фелиция останется, чтобы тебе помочь. Билл, ты тоже останешься.