Мясо оказалось вполне съедобным, хоть и жестким как подметка. После сытного ужина все "разбрелись по интересам". Часть завалилась спать на нары. Дедушка вместе с Кэпом, Ветром и одним из старых сталкеров (вроде его Потапычем звали…) остались гутарить за столом, добивая остаток спирта. А Андрей подсел к очажку и затянул сигаретку. Не курил он уже почти целые сутки. Самое смешное, что бросал он в своей жизни два раза. И каждый раз не успевало и часа пройти с волевого решения, а желание покурить тут же начинало давить на нервы. А тут сутки – а он и не вспоминал о пачке в кармане, не до того было. Рядом с ним присел бородатый, стрельнул сигаретку и прикурил прямо от огня. Потом с удовольствием опустился задницей прямо на землю, вытянув ноги.

–  Ну что, военный, как говоришь тебя?

–  Андрей.

–  Хм-м-ммм… Андрей… Значит другого имени у тебя пока нет…

–  Нет, – сержант повернулся к бородачу,– а что тут все с кличками?

–  Все. – сталкер поерзал, поудобнее устраивая седалище – тут, Андрюха, со своими именами не живут. Зона она… в зоне ты как заново рождаешься… ей не важно кто ты был, кем ты был… не любит она этого. Все мы ее дети, а кто не ее…

Что бывает с теми, кто не ее, Андрюха уже понял. Он даже уже начинал злится, почему Ветер майору с ученым дал имена, а ему нет?!! Хотя, второму ученому он тоже не дал. Так тот вроде в зону и не стремится, у него теперь одна мечта – свалить побыстрее…

"А я?!!"– обожгла мысль, – "я что? Хочу в зоне остаться что ли?! Так получается…". Сержант опешил. Что за мысль, откуда пришла? Как-то до этого он серьезно о себе и не думал, жил и жил. Сначала детдом, потом учага, потом в армию призвали. В армии он прижился, и хоть звания к нему не липли, но когда предложили на сверхсрочную остаться согласился. Затем пара горячих точек, после приказ на спецподготовку. И вот – здравствуй Зона!

А ведь он уже десять лет на службе! И ни семьи, ни друзей… Даже девушку не завел. Нет, девушки у него конечно были, но ни одна не зацепила по серьезному. Один как перст.

–  Очнись, солдат!

Андрюха, понял что уже пару минут сидит как дебил с открытым ртом, весь в себе, а бородач о чем-то с ним разговаривать пытается.

–  Что, отпустило? Ну ты даешь… а я еще думаю, и чего это на тебя Ветер глаз положил. А ты ж готовый зомби, даже мутировать не надо! Ладно, шуткую я.

Сержант, обалдело потряс головой.

–  Ладно-ладно, не зависай надолго. Вернемся к базару… так я о чем… а, забыл представиться, зови меня Лопатой, – и сталкер прятянул Андрею здоровенную ручищу.

"Действительно – лопата," – посмотрев на ладонь подумал тот. Лопата вроде как прочитал его мысли:

–  Да, да… поэтому, а еще потому что хабар я гребу как лопатой, правда в основном всякую мелочь. Могу за одну ходку медуз, цветков да грави разных чуть не центнер приволочь. А вот со стоящими артефактами чой-то не везет мне. Правда сегодня кажись и подфартило.

Сталкер вытянул откуда-то из своей безразмерной одежки контейнер.

–  Вот… – на руке у него поблескивал и переливался небольшой артефакт. Андрей видел такой впервые, хотя и узнал по описанию. Все-таки перед отправкой их понатаскали по всему местному.

–  Золотая рыбка. Знатный артефакт, башляют за него неплохо. – бородач ухмыльнулся, – правда бармен, сука, половину срежет. Да ладно, у нас по мелочи еще до хрена. А с этим я может к научникам дерну на Янтарь. Те мне нормально дать должны, не обидят.

Лопата вернул артефакт в контейнер и убрал обратно под одежду.

–  Слушай, – не выдержал вдруг Андрей, – а почему ты решил, что Ветер на меня глаз положил?

–  Что, тоже заметил?! Хе-хе… Рассказать тебе за что его Ветром кличут? – Лопата поскреб пальцами подбородок где-то под бородой.

–  Ладно, не перебивай только. А то рассказчик из меня хреновый…

Никто не знает, когда точно тут появился Ветер… или, вернее никто не помнит. Одно точно – он не из первых, пришел уже после. Но зона его вроде как-то сразу приняла как родного, как своего ребенка потерявшегося когда-то. Все знают точно, что каждый раз, когда он с Зоны на людные места выходит, он за собой хвост ведет из потерявшихся. Обычно одного-двоих, редко когда больше, вот как вас сейчас. Говорят, он даже иногда во внешний мир выходит, за периметр. Поживет там месяцок-другой и возвращается. И опять с хвостом…

Обычно хоть один из пришедших с Ветром в Зоне остается. Он для них вроде как крестный папа, а мама для нас для всех одна…

А смешное самое знаешь что? Он бывает людей на точки чуть не пустых и оборванных выводит. Таких даже бандюки не шлепают – с них взять нечего. А он их к Бармену или к Сидоровичу приведет, откормит-отпоит, и тихо так обронит: "экипируй…". И ведь как бы эти рвачи на нас бы не отрывались, а ему отказать не могут. Конечно скафандр научный не вручат, да и новья не дадут. Но все что не выделят – будет штопанным, ухоженным и работоспособным.