– Потому что альтернативой была смерть. Но у них есть и какая-то своя скрытая цель, а время, возможно, уходит. Вам следует изучить ход игры - мы обеспечим вас полной аналитической информацией, поскольку вряд ли вы хороший тактик - и изображения драконов. Ваша задача - сочинение сюиты из пяти частей, по одной для каждого дракона, а значит, для каждого пилота.

– Пилота?

– Они считают себя пилотами, хотя мы полностью уверены, что только Перетта и Мескеталиот обучались этому навыку. Возможно, их тайна заключается лишь в обнаружении нарушителей блокады и замысле уничтожить их, - несколько неуверенно сказала надзирательница.

– Каждому дракону своя часть сюиты... Вы думаете, что если соответствующие пилотам символические образы положить на музыку, гармонизировать с высшим искусством, то можно узнать тайну террористов и способ одержать над ними победу?

– Именно так.

– Я сделаю все, что в моих силах, - сказала Сяо Лин Юнь.

– Уверена, что сделаешь, - кивнула надзирательница.

Предки Сяо Лин Юнь поклонялись драконам. На празднике урожая они щедро окропляли землю рисовым вином в угоду братьям-драконам, покровителям Великой и Малой лун. Когда небеса империи озарялись многочисленными огнями летних метеоритных дождей, люди воскуряли ароматные травы душам падающих звезд.

И сейчас по ночам часто - слишком часто - можно увидеть в небе огни, прекрасные фейерверки, но никто не выносит на улицы благовония. Ибо это отблеск сражений, идущих высоко в атмосфере, битв между металлическими драконами Миров Праха и имперским боевым подразделением «Феникса».

Когда Лин Юнь была маленькой, ее дядя смастерил для нее игрушечный планер, хрупкую вещицу из бамбука и бумаги, и прикрепил на крыло тонкие щепочки, изображающие огнеметы. И с обеих сторон нарисовал красно-золотую эмблему корпуса «Феникса».

– Дядя, - спросила она, - почему мы сражаемся огнем, если планеры сделаны из дерева. Разве это не опасно?

Дядя погладил ее по руке и улыбнулся:

– Вспомни круг элементов, малый круг.

Она подумала: металл режет дерево, дерево прорастает сквозь землю, земля пьет воду, вода гасит огонь, и...

– Огонь плавит металл, - сказала она.

– Несомненно, - подтвердил он.
– Миры Праха богаты металлом, добытым в поясах астероидов. Потому их драконы из него и сделаны. Мы должны использовать огонь для разрушения металла.

– Но дерево горит, - с непокорным любопытством возразила Лин Юнь, словно забыв все обычаи и традиции, призывающие к смирению и повиновению. Она бережно поворачивала планер в руках, рассматривая бумажные крылья. Они слегка сгибались от ее прикосновений.

– Так же, как и феникс, - ответил дядя.

Лин Юнь недоверчиво посмотрела на него, мысленно пытаясь примирить и согласовать «огонь-разрушает-металл», «огонь-сжигает-дерево» и «огонь-прогорает».

Сжалившись над девочкой, дядя добавил:

– Феникс - это символ, пришедший из южных краев пряностей после захвата наших земель, - он засмеялся, заметив ее удивленно распахнутые глаза.
– О, да... Ты думаешь, что за многие тысячи лет империя никогда не бывала завоевана? В старых книгах по истории ты найдешь немало ужасных рассказов о Знамени Кабана и Знамени Тигра, о женщине, что низвергла стену, о Пришлой династии и ее великом флоте...

Лин Юнь приняла к сведению всё, что он упоминал, намереваясь позже посмотреть старинные книги.

– Пойдем-ка на улицу, Лин Юнь, - предложил дядя, - и проведем испытания планера.

Девочка поняла, что он отвлекает ее от дальнейших расспросов. Но если он не хотел, чтобы она знала древнюю историю, зачем сам рассказал ей о фениксе?

Тем не менее ей очень нравилось держать планер в руке, а любимый дядя навешал ее не слишком часто.

– Хорошо, - согласилась она.

Они вышли в вымешенный широкими каменными плитами внутренний дворик с небольшим водоемом и больше об элементах не разговаривали.

Лин Юнь начала сочинять сюиту на усянь цинь, пятиструнной цитре. Она привезла с собой свой любимый инструмент. Военные привыкли перевозить сложные и капризные музыкальные инструменты, ибо каждый планер боевого подразделения «Феникса» непременно должен быть настроенным, созвучным гармонии пяти элементов.

Склонной к самоубийству темноволосой У Вэнь Чжи музыкантша посвятила разбитую на отдельные мелодии тему с напряженными связующими мотивами, отражающими слияние силы и хаотичности, которые она увидела в белом драконе девочки. Белый и красный, кость и кровь, смерть и жизнь... Надзирательница сказала, что У Вэнь Чжи убила шестерых с момента приземления в империи. На драконе было девять меток. Лин Юнь больше доверяла дракону. Вэнь Чжи не казалась ей утонченной натурой. Ответом надзирательницы на это наблюдение была исполненная страдания усмешка.