Спустившись вниз, в самое глубокое подземелье, которое служило одновременно тронным залом и местом жертвоприношений, Тот Амон уселся на черный гранитный трон. Тут же появился новый управляющий. Данная должность была столь же выгодна, столь и опасна — слишком многие закончили свою жизнь на плахе за нерадивое отношение к делу. Надо отдать должное и самому Тот Амону, нисколько не ценивший чужие жизни, он довольно снисходительно (до определенного предела) относился к своим управляющим — трудно найти умных и преданных людей. Нынешний был на этом посту уже более пяти лет.

Узнав о приезде хозяина, управляющий вбежал в зал и, упав на колени, уткнулся лбом в пол. Дождавшись разрешения встать, он начал доклад о проделанных в отсутствие господина работах.

Стигиец стал зачитывать вслух свитки: о новых рудниках с полезными ископаемыми, о закупке провизии и захвате рабов в Дарфаре. Затем последовал перечень пойманных редких животных, многие из которых пополнят зверинец повелителя, а другие пойдут на продажу.

Только глупцы полагали, что достаточно быть могущественным магом, дабы стать главой Черного Круга. Чепуха! Для этого в первую очередь нужно золото, а оно не течет в руки глупых и ленивых. И уж кто-кто, а Тот Амон не относился ни к первым, ни ко вторым. Жрец ежедневно оттачивал свое магическое искусство, изнурял могучие тело физическими упражнениями и постами, так же постоянно отыскивал новые возможности обогащения, будь то торговля (естественно через подставных лиц) или же освоение неизвестных в Стигии ремесел.

Молча выслушав доклад и оставшись довольным положением дел, Тот Амон отпустил управляющего.

В зал внесли большой громоздкий шар и установили на медную треногу. Запылала жаровня, в которую были положены сушеные травы, а также кости умерщвленных людей и животных. Тот Амон и прежде не брезговал пользоваться знаниями шаманов распространенного в Черных Королевствах культа Дамбаллаха.

Прошептав несколько заклятий, колдун увидел море и тяжеловесную галеру. Тот Амон смог разглядеть суетящихся на палубе солдат и матросов. Затем появился главнокомандующий.

— Адмирал Менкара? Что там у вас происходит?

Главнокомандующий встал на одно колено и слегка склонил голову. Это был один из немногих уважающих себя людей — проявляя почтение к господину, адмирал никогда не раболепствовал.

— Мы не смогли обнаружить их, мой господин. Корабли, посланные дальше на юг, вернулись ни с чем. Очевидно, они и впрямь свернули на Зархебу.

Тот Амон кивнул:

— Я выясню это. Будьте готовы, возможно, вам придется продолжить преследование.

Даже если весть и не понравилась адмиралу, он смог сдержать себя и ответил:

— Господин, я осмелился отправить одну из галер назад. На нее были погружены все ценности, снятые с тонущих кораблей. Причем, большинство кораблей принадлежали Барахас.

Тот Амон внешне остался равнодушен, хотя в душе был доволен действиями адмирала. Его казну пополнил еще один золотой ручеек.

После подробной беседы с Менкарой, колдун устало откинулся на жесткую спинку каменного трона. Бессонные и беспокойные дни, проведенные в Кеми, давали о себе знать. Даже великий маг иногда нуждался в отдыхе.

Исследовав поутру развалины, Конан пришел к выводу, что город мертв. Видимо, даже после смерти крылатой твари здесь никто не стал селиться.

О прежнем величии города говорили лишь огромные глыбы гранита и мрамора, что валялись вокруг бесформенными кучами. Джунгли наконец-то поглотили последнее пристанище древней расы, последним представителем которой был злобный выродок, забравший жизнь возлюбленной Конана.

Пройдет еще лет десять, и эти жалкие остатки навсегда исчезнут под бурно разросшейся зеленью. А с ними исчезнет и память. Память о выродившейся цивилизации древних, о красноглазом чудище, о Белит...

— Нет! — вырвался рык из груди киммерийца. — Никогда! О тебе будут слагать песни, моя любовь.

Конан вернулся на корабль.

— Отправимся дальше? — сказал он, обратившись к Риальдо. — В глубине этой страны я прежде не бывал.

— Вот и побываем, — спокойно парировал пират. Он уже пообвыкся на Черной реке и сумел обуздать свой страх.

— А что указано на карте? — поинтересовался шкипер, когда они с Конаном вошли в капитанскую каюту.

— Посмотри, что могут означать эти символы? — и киммериец ткнул пальцем в два белых кружка. — Какие-нибудь идеи?

Риальдо лишь покачал головой.

— Что бы это ни значило, думаю, скоро мы все узнаем.

Следующие дни проходили крайне однообразно. Ничего не нарушало спокойствия команды, за исключением загадочных шорохов и леденящих душу стонов неведомых тварей, скрывавшихся в джунглях. На всякий случай Конан держал «Тигрицу» посередине реки, хотя именно Зархеба и представляла главную опасность, поскольку ее воды были ядовиты. Но отчего вода Зархебы стала отравленной — не знал никто. Над этим вопросом можно было ломать голову сколько угодно, но все предположения были бы далеки от истины — тут была замешана магия.