Глупая девчонка! Сбежать хотела! Она ведь связана со своей лемуной…

Я бросился вперёд на оставшегося в наличии противничка. От первого удара он успел уклониться, а от второго не успел уклониться я сам. Холодная сталь меча пронзила плечо. Я дёрнул меч и им же снёс голову противнику вместе со стальным, но отнюдь не непробиваемым, шлемом.

Куча рыцарей недоносков разлеглась посреди дороги. Рядом с ними лежала истекающая кровью лемуна, а где-то там, за деревьями, её боль передавалась хозяйке. Не обращая внимания на собственную боль и на чём свет кляня Велину, я склонился над лемуной. Рука привычно нашарила на поясе мешочек с лечебными травами. Залатав раны, я перевязал пробитый бок Лимона, оторвав рукав от своей же рубашки.

Далее я бросился через поле, заглядывая под каждые кусты, в поисках беглянки. Вскоре унылый стон поведал мне о местонахождении это взбалмошной девчонки. Эта маленькая стервочка разлеглась под кустом и, хоть была уже и без сознания, слабо постанывала.

Да-а… Надо сказать лемуны очень уязвимы. Если умрёт лемуна — умрёт и её непутёвая хозяйка. Всё, что я мог сделать для девчонки — это положить холодную мокрую тряпку на лоб, что бы снизить жар. Я прекрасно знал, что скоро Велина начнёт бредить, и что будет дальше неизвестно.

В какой-то момент девчонка приоткрыла глаза, обозрев мою окровавленную рубашку и кровоточащее плечо, попыталась что-то сказать, но вновь потеряла сознание.

Поняв, что больше ничего не смогу сделать для девчонки, я принялся за свою рану. Плечо саднило от жгучей боли, когда я прочистил его от грязи, занесённой в рану чужим мечом.

Закончив, я поднял Велину на руки и отнёс на то место, где мы были вынуждены остановиться.

Уже начинало постепенно темнеть. В воздухе появилась сковывающая прохлада и влага, заставляющая поёжиться. Я развёл костёр и присел на корточки рядом с лемуной и Велиной. Велина… а ведь красивое имя. И девчонка не дурна собой. Боже… и это говорю я? До чего, точнее, до кого я опустился?

Я поправил прядь волос, выбившуюся и упавшую на лицо девушки, и в голове мелькнула одна единственная мысль. Насколько сильна она, настолько сильна лемуна. От Велины зависит, выживет она или нет. Но её можно спасти.

В голове пронеслась мысль, до краёв полная безумия. Спасти девушку можно! Но только забрав её муки на себя — приручив лемуну заново.

Нет, мне нельзя этого сделать. Она простая девчонка, которая на фиг никому не нужна. А я не должен быть уязвим. Ни для вампиров, ни для эльфов, ни для…

Вы думаете, что я сейчас сделаю в первую очередь? Ха! В первую очередь я открою глаза.

И так, что я увидела этими самыми глазами? Сначала ничего. Перед глазами всё плыло. Спустя несколько секунд ко мне вернулось зрение, слух, а так же и все ощущения. Я поморщилась от тупой боли и вспомнила всё. Как произошла схватка, как появилась эта боль. Дальше шли обрывочные воспоминания. Эльф склонился надо мной, один рукав у него был оторван, а на моих глазах он отрывал другой рукав. Рывок. Податливая ткань треснула по швам, и на свет появилась рана, отёкшая, из которой беспрерывно хлестала кровь. Эльф сорвал с пояса флягу и, намочив тряпку, примостил её мне на лоб. Затем он снял остатки рубашки и просто-напросто заткнул ею рану, сжав от боли зубы. Я догадалась, что он пытался прочистить рану. Затем он залил рану водой и перевязал её. Просидев несколько минут без движения, он встал и подхватил меня на руки. Боль застлала глаза, и я вновь потеряла сознание.

Следующее воспоминание было совсем смутное. Ещё темно. Светловолосый перекинул Лимона на коня, а затем склонился надо мной. Какие-то печальные глаза. Он приобнял меня и сделал то же самое, что и с лемуной.

И теперь я видела перед собой траву, так как висела вниз головой. Рядом со мной находился обнажённый торс обливающегося потом эльфа. Ему было плохо. Перевязанная рана постоянно кровоточила, но парень останавливаться не собирался. Оглянувшись, я увидела лемуну. Лимон слабо шевелился, слегка постанывая от боли. Ну, полная копия меня.

— Рил…

Парень не обернулся. Просто как-то неясно вздрогнул и, будто бы с облегчением, вздохнул.

— Молчи, — тихо сказал он. — Не трать силы. Они нужны тебе.

Его голос был хриплый и едва слышный. Я слегка подняла голову, что бы заглянуть ему в глаза, но голова закружилась, и я предпочла последовать совету Валериля.

Очнулась я уже не скоро.

Роэлия.

Стены Роэлии, как и всегда, возникли перед носом внезапно, будто бы из ни откуда. На душе потеплело и… вновь похолодело. Эти белые высокие стены я знал с детства. Знал эти тяжёлые деревянные ворота, охраняемые стражниками. Знал высокий купол, увенчанный шпилем. И знал, что меня там ждёт. Роэлия перестала быть моей Родиной. Но я знал, что другого выхода у меня уже нет.

Я подошёл к воротам и, ну, разумеется, путь мне преградили двое стражников, зануды.