— Эти лампы практически вечные, пока их не разбить, они будут гореть. А электроснабжение завода не отключено. Его территории расхватали разные организации под свои нужды. Так что ничего странного нет. А трубы. Их тоже на совесть делали.

— Послушай, а вот все же знают, что тут погибают люди. И ничего не делают?

— А кому до этого есть дело? Ты мне скажи. Тем более, даже если твои, например, кости и найдут.

— Ну, спасибо.

— Я сказал — например. Сканером определят, что ты не из нашего мира. Так что даже хоронить не будут, выкинут куда-нибудь.

— Что же за законы такие? Если из другого мира — то уже не человек? — возмутился я.

— В истории нашего мира было достаточно нелюдей в человеческом обличии из других миров. Такие законы сложились. Не тебе их оспаривать и не мне. — Расставил точки Вэлирталь.

— Так мне могут и не помочь, плюнуть на меня, и все.

— Да нет, думаю, что помогут, — успокоил меня он.

Сначала я услышал звук капели и почувствовал отвратительный запах. К подвальному я уже привык, он уже не казался таким противным. Но тот, что я почувствовал, трудно было с чем-нибудь сравнить.

— Фу-у-у, — зажал я нос.

— Да уж, пахнет не цветами, — Вэлирталь последовал моему примеру.

Мы завернули за угол, и перед нами открылось грандиозное помещение, уходящее глубоко вниз. А потолок так и продолжался.

С потолка капало. Казалось, я слышал, как каждая капля падает вниз, и ныряет в воду где-то там в сумраке. Света тут не хватало — то, что творилось на дне, сверху было не разглядеть. Только изредка мерцало что-то синеватое. Стены помещения были выложены белым кафелем, какой кладут в настоящих бассейнах.

Вниз вела железная лестница, прикрепленная к стене.

— На всякий случай надо наделать этих спиралей, — предложил я.

— Хорошая идея, — сказал Вэлирталь, отгрузил мне горсть скрепок, и мы стали делать из них спирали.

После, когда все крепки были превращены в оружие против крыс, Вэлирталь сказал:

— Давай спускаться.

— Давай, только ты, чур, первый, и карту дай мне. Если тебя съедят — я выберусь. Потому что твои завитушки и секреты этих крыс мне не нужны, — засмеялся я.

— Это не крысы! — огрызнулся он, сунул мне карту и, схватившись за поручни лестницы, за мгновение исчез из виду.

«Лихой» — усмехнулся я и полез следом.

Ступив на пол, я нащупал рядом Вэлирталя.

— Ну, чего? — шепнул я, удивленно разглядывая синеватое свечение, находившееся довольно далеко от нас.

— Рубильник... где-то должен быть рубильник. Рядом с лестницей.

Я стал водить рукой по стене. Вскоре нашел пластмассовый короб, открыл крышку и дернул рукоять вниз — на стенах загорелись лампы.

Глаза уже успели отвыкнуть от света, поэтому я зажмурился.

— Вот это да, — выдохнул Вэлирталь.

Я открыл глаза и посмотрел в центр помещения.

Недалеко от нас, в паре метров, начинался огромный округлый бассейн. Крест-накрест он был пересечен двумя железными мостиками, а в центре — круглая площадка.

Бассейн оказался полон коричневой жижи. По-видимому, пахло от нее.

Синим мерцал воздух, прямо над округлой площадкой в центре пересечения мостов. С частотой примерно в минуту из этого свечения вываливалось по крысе. Они осматривались и устремлялись прочь по одному из мостов.

— Что это? — удивился я.

— Я точно знал! — воскликнул парень. — Я был прав!

— Что ты знал?

— Вот теперь он заткнется и будет знать, что я тоже иногда бываю прав. Говорил же я ему, что никакие это не крысы.

— Кому ему?

— Преподу, — заулыбался Вэлирталь.

— А кто это?

— Ты что не видишь? — он указал пальцем на свечение. — Это очередная экспансия.

— Крысы захватывают ваш мир? — засмеялся я.

— Это не крысы, — насупился он.

— Ну, хорошо — не крысы.

— Это специально выведенный вид с полным отсутствием инстинкта самосохранения. Они не причинят друг другу вреда, но рано или поздно вычистят все. Потому что их много и они ничего не боятся...

— Что они смогут, против оружия? Они все погибнут!

— Нет, кто-то прорвется и перегрызет! Все очень просто. Алгоритм сработает... не бойся.

— Не смеши. Ты хочешь сказать, что они захватят ваш мир?

— Захватили бы, если не сообщить о дыре. У нас такое часто бывает. И каждый раз что-нибудь новенькое.