– Майкл пока еще ничем не делится.

– Он похож на ребенка, которому все интересно, – сказал он усмехаясь. – Знаешь, мне потребовалось десять минут, чтобы сегодня в бассейне уговорить его снять ботинки.

– Да, ну… он отчасти считает себя Суперменом, – объяснила она. – Мама говорит, что это возрастное и скоро пройдет.

– Рождение Майка было неожиданным для твоих родителей?

Саммер задумалась, пытаясь сообразить, что ответить, когда Дэвид добавил:

– Послушай, я не должен был задавать такой личный вопрос. Просто они кажутся немного…

– Староватыми? – предположила Саммер.

– Да, немного старше, чем большинство родителей с маленькими детьми. Я знаю, что это не мое дело, но я действительно считаю, что он чудо. У Майка есть характер.

– Все нормально, это не личный вопрос. Просто немного странный, вот и все. Родители поженились за пять лет до моего рождения, и маме потом сказали, что она больше не сможет иметь детей. Я была единственным ребенком двенадцать лет, а потом родился Майкл. Для всех это действительно был сюрприз. Даже большая радость.

– Наверное, было странно так внезапно обзавестись ребенком, – сказал он.

– Родители были взволнованы, но я… – Она внезапно смутилась, вспомнив, как была расстроена все время, пока мама носила Майкла. Она спросила себя, зачем рассказывает все это Дэвиду. Его вряд ли интересовала ее семья.

– Тебе, наверное, было тяжело справиться со сменой обстановки, – сказал он. Затем расхохотался, увидел ее озадаченное лицо и быстро добавил: – Ну, понимаешь, «сменой»? Подгузников, – продолжил он, смеясь, очень довольный своим маленьким каламбуром.

– Не смешно, Дэвид, – ответила она, качая головой.

– Извини, – произнес он, но кривая усмешка на губах противоречила его словам.

– Понимаешь, если честно, я не могу сейчас представить жизни без Майкла или деда. Он переехал к нам в прошлом году, когда умерла бабушка.

– Он действительно милый, – сказал Дэвид.

– Расскажи мне о своей семье, – предложила Саммер.

– Особо нечего рассказывать, – ответил он. – Папа – бухгалтер, а мама – волонтер.

– А ты? Ты уже знаешь, кем хочешь быть, когда закончишь школу?

– Нет. Иногда мне кажется, что хочу быть врачом, но для этого нужно быть отличником в точных науках, а мои успехи в них иначе, как средними, не назовешь.

Он нашел место для парковки в квартале от кинотеатра. Когда Саммер вышла из машины, Дэвид взял ее за руку и держал так, пока они не вошли. Они молчали, но это тишина не была неловкой. Саммер пыталась запомнить все, что он говорил, чтобы потом рассказать Реджине, и в то же самое время хотела сама блистать остроумием и быть интересной. Это была трудная задача! Она опять почувствовала напряжение и глубоко вздохнула.

– Ты занимаешься каким-нибудь спортом? – услышала она свой вопрос.

– Конечно, – ответил он. – Основательно футболом и немного бейсболом. А ты?

– Я была в команде по софтболу, – сказала она, и это было правдой. Просто не упомянула, что ей тогда было восемь, и что она взялась играть только для того, чтобы нацепить зеленовато-голубую униформу, которую выдавали участницам.

– А как насчет тенниса? – спросил он. – Я только что купил новую ракетку, но играл немного.

– Я играла только пару раз, – бросила она. – Я даже не знаю всех правил.

– Не хочешь поиграть завтра днем, около четырех? Будет уже не очень жарко.

– Извини, но я не могу, – сказала она, скрестив пальцы. – Я должна присматривать за Майклом. Мама до пяти не вернется домой из цветочного магазина. – Она была рада, что он опять хочет с ней встретиться, но чувствовала, что выставит себя полной дурой, если согласится сыграть в теннис. У нее действительно была теннисная ракетка, но только потому, что ей ее подарила Реджина два года назад, когда влюбилась без памяти в тренера по теннису. Они никогда не играли, только кружили по теннисному корту дважды в день в своих белых шортах, надеясь привлечь внимание тренера.

– Приводи его с собой, – сказал он. – Он может покататься на качелях. Что скажешь?

Он казался нетерпеливым и полным энтузиазма. Саммер решила согласиться. Если она этого не сделает, то Дэвид подумает, что она не хочет с ним встречаться.

– Хорошо, но должна предупредить тебя. С Майклом мы не сможем хорошо поиграть в теннис.

– Нет проблем, – согласился Дэвид. – Ладно, пойдем, возьмем немного поп-корна.

Только когда они сели в середине переполненного кинозала, и погасли огни, Саммер решила, наконец, спросить, что за фильм они будут смотреть.