Максим пытается представить себе этих существ. Араскан внимательно следит за ним, продолжая свои объяснения:

– Не пытайся представить себе их внешний вид, он будет сильно разниться даже с самыми странными образами, которые только смогут прийти тебе на ум. Ситаны не имеют ничего общего с человеческими представлениями о теле, облике, материальности. Они другие, и этим все сказано. Ургуды чем-то похожи на людей, но на людей уродливых, с привычной точки зрения. Подземный мир обладает своими, специфическими законами: там иная гравитация, иные излучения, иной состав воздухообразующей смеси, иной состав воды. Эти факторы, безусловно, наложили отпечаток и на их внешний вид, метаболизм, образ мышления, стиль жизни. Как ты помнишь, под землей живет и еще одна подземная цивилизация, составляющая подземное человечество Ургачимиду – «Те, кто опасается дневного света и предпочитает тьму подземелья». Мы называем ее Уртэн, высокоразвитая община мастеров и рудокопов, в силу обстоятельств тоже ушедших под землю. На протяжении веков тайшины поддерживали отношения с представителями этого народа, открывая для них двери в этот мир. Именно Уртэны открыли нам тайный замысел Айказар. Они рассказали нам, как Ситаны пытаются с помощью мощнейших взрывов разбить целостность Щита, сдерживающего их.

– Но я не могу представить себе, как это вообще возможно?

– Механизм притягивания космических тел мне неизвестен. Знаю только, что это довольно-таки сложный маневр и не всегда им удается это сделать. Но вот механизм воздействия взрыва на Щит для меня вполне очевиден. Дело в том, что когда в атмосферу Земли врывается крупный метеорит, то между ним и поверхностью Земли образуются сверхмощные электрические потенциалы, в результате которых происходит огромный электрический пробой, который и прожигает Щит. Сам взрыв метеорита пробивает лишь геологические пласты планеты. Но электроразрядный взрыв как раз и является тем копьем, которое протыкает пространственные границы, открывая проход силам подземелья наружу, в наш мир.

– Мне почему-то рисуется картинка, что мутанты вылезают на поверхность именно в месте кратера, оставшегося после взрыва.

– Не совсем верно, наши миры отделены не только огромным слоем земли. Ургуды уже давно нашли бы тысячи тайных ходов и тоннелей, ведущих на поверхность. Секрет Щита заключен именно в невидимом воздействии на их электрополярный потенциал. И именно поэтому главной для Ситанов взрывной волной является первая, цилиндрическая ударная волна, связанная с образованием многоканального электроразрядного столба, в котором как раз и выделяется основная энергия разряда. В оси разряда образуется максимально сильный столб нейтронных потоков, что и создает для Щита основной разрушительный эффект. Кроме того, мощные импульсные токи создают мощные магнитные поля, которые перемагничивают геологические пласты на громадных площадях. И даже если Ситанам не удается точно спрогнозировать траекторию приземления метеорита, воздействие сверхмощного электростатического поля оказывает на Щит непредсказуемое воздействие.

– Араксан, зачем ты мне рассказываешь все это?

– Как это зачем? Ты должен знать максимум об Ургачимиду. Тайшин отходит от окна и садится за свой стол, нажимая на пульте

дистанционного управления какие-то клавиши. На окна опустились черные непроницаемые шторы, а на стене разъехались в сторону створки, скрывающие в своих недрах большой белый экран. Свет в комнате гаснет, и на экране появляется картинка, проецируемая портативным видеопроектором: развернутая карта земного шара с нанесенными на нее разноцветными кружочками.

– Максим, что ты видишь?

– Больше всего кружочков на территории Северной Америки, Восточной Европы и Австралии. Что это значит?

– Ну, думай же! Смотри, на территории Азиатской части, в частности –Алтая, всего несколько кружочков…

– Это отмечены места падения метеоритов? Почему же тогда Ситаны не направляют их на Алтай? Ведь именно здесь бьется сердце Айказар?

– Хороший вопрос. Но ведь именно здесь бьется и сердце ИТУ-ТАЙ.

Максим открыл глаза и повернул голову к Данилычу. Старик, казалось, спал. Его морщинистое лицо было спокойно и расслаблено. С реки подул легкий прохладный ветерок, веки Данилыча вздрогнули, и он тут же открыл глаза, улыбаясь.

– Хорошо как. А я вдруг представил себе, как небосвод прорезает раскаленный астероид и врезается в планету. Взрыв, дрожь земли, ударная волна, сметающая все на своем пути, пожары, наводнения, пылевой выброс, затмивший небо от солнца… И все это ради того, чтобы выбраться на темную планету, лишенную солнечных лучей, людей, зверей, всего живого.

– Данилыч, – Максим перевернулся на живот и стал разглядывать изумрудную траву перед своим лицом. – А ведь мы сейчас тоже летим в пространстве. Планета мчится с невероятной скоростью – тридцать километров метров в секунду, а мы этого даже не замечаем. Несемся вместе с ней в бездну, а мимо проносятся планеты, метеориты, кометы…

Старик рассмеялся. Максим скосил взгляд в его сторону и увидел, что на его носу сидит большая белокрылая бабочка, а Данилыч смеется, как ребенок, но тихонько, чтобы не спугнуть невесомую гостью.

– Данилыч, и бабочка ведь тоже летит в пространстве, вокруг бездна, а она летит.

Старик тихонько дунул, и бабочка сорвалась с носа и полетела дальше, искать себе более подходящее место для отдыха.

– Вот за это, Макс, я и люблю эту планету. Она такая нежная, такая… незащищенная. И когда я прикладываю ухо к земле, мне кажется, я слышу движение древнего Зла где-то там, в глубине.

– Данилыч, если я правильно понял. Щит защищает нас не только от космических излучений, но и от космических странников – метеоритов? То есть, поддерживая уровень поля, мы автоматически, отталкиваем от себя метеориты, притягиваемые Ситанами?