Показалось, или он действительно повернулся в их сторону, словно поджидал именно их?

Бейли стало как-то неуютно, и она взяла Тинг под локоток.

— Пошли быстрее к остановке. Что-то прохладно.

Они спешно покинули парковку и вышли на улицу. Бейли почему-то не решалась оглянуться. К своей радости, она увидела подъезжающий автобус.

— Успели!

Тинг достала проездные, и они вскочили в автобус, как только двери раскрылись. Бейли уселась вместе с Тинг, на сторону, противоположную той, что выходила на парковку. Ей не хотелось проверять, следит ли кто-нибудь за ними. И она ничего не сказала Тинг о своих подозрениях. В конце концов, ей не хотелось признаваться, что она испугалась. Возможно, это всего лишь ее воображение, а недостатком воображения она никогда не страдала.

Джейсон вышел из ванной, быстро оделся и сбежал по ступенькам вниз, собираясь что-нибудь перекусить; он чувствовал, что не дотерпит до ужина. Его приемная мать Джоанна Мак-Интайр сидела за маленьким столиком — очки на самом кончике носа, в одной руке карандаш, в другой — листок бумаги. Маленькие искусственные сапфиры сверкали в пластмассовой оправе очков, словно они могли придать им элегантность.

— Привет, мам. Есть что-нибудь пожевать?

— Я приготовила для тебя сэндвичи с цыпленком и салатом. И еще чипсы, они в хлебнице. Но только не больше двух сэндвичей — скоро ужин.

Обрадованный Джейсон распахнул дверцу холодильника. У него был аппетит быстро растущего подростка. Его мать ела вообще очень мало и от еды, судя по всему, не получала никакого удовольствия, но она, по крайней мере, не заставляла Джейсона следовать ее примеру.

Мальчик взял два сэндвича, достал тарелку и высыпал на нее чипсы.

Джоанна между тем продолжала делать какие-то записи. Джейсон решил, что она занята подготовкой очередной благотворительной акции. Джоанна поправила съезжающие с носа очки и спросила:

— Как там у вас все прошло?

— Мы выиграли!

Она посмотрела на него:

— Выиграли? Это замечательно! И что дальше?

— Мы вышли в финал, но пока неизвестно, с какой командой будем играть. Это определится на завтрашней встрече.

Джоанна задумчиво постукивала карандашом.

— Ты не возражаешь, если мы придем посмотреть финал?

— Возражаю? Да я буду очень рад!

Джейсон впился зубами в сэндвич. Как следует прожевав и проглотив кусок, он объяснил ей то немногое, что сам знал: играть будут, скорее всего, в один из следующих выходных, но это зависит от того, когда парк предоставит им стадион. Приемная мать улыбнулась:

— Вильям с удовольствием пойдет посмотреть. Я думаю, он сможет выкроить себе свободный день.

— Как его новый проект?

Она покачала головой:

— Какие-то сложности с получением разрешения на строительство, а ты знаешь, как он ненавидит бумажную волокиту. Но, думаю, он решит все проблемы. Тебе сегодня надо готовить уроки?

Джейсон прикончил первый сэндвич и принялся за чипсы — овощные и картофельные. Другие она не покупала. По ее мнению, они вообще не полезные.

— Да. Еще мне нужно заполнить ту кучу бумаг, которую ты мне собрала на следующий год.

— Ты доделаешь сегодня? — Джоанна заметила его колебания. Ему не хотелось — это скучно и утомительно. — Ты должен это сделать, Джейсон. Ты успешно прошел тестирование, а школа, где ты будешь учиться в старших классах, пользуется большой популярностью, и туда будут стремиться попасть многие из учеников. Тебе нужно подумать, какие программы тебя интересуют, принять решение и закончить заполнение необходимых бумаг. Все это очень важно. Ты должен в конце концов определиться, что хотел бы изучать, и выбрать себе профессию на всю оставшуюся жизнь.

Джейсон перестал жевать. Он не мог объяснить Джоанне, что уже сделал выбор на всю оставшуюся жизнь: стать Магом. Конечно же, она бы ему не поверила, даже если бы он нарушил Обет Молчания и все ей рассказал. Он дожевал и покорно сказал:

— Я знаю. Обещаю, что все сделаю.

Джоанна радостно улыбнулась:

— Отлично. Если тебе понадобится помощь, обращайся ко мне или к Вильяму. Он мог бы дать тебе немало полезных советов… но не хочет вмешиваться, пока ты сам не спросишь.

Джейсон криво усмехнулся. Его приемный отец, Вильям Мак-Интайр, огромный мужчина, носивший прозвище «Бульдозер», всю жизнь занимался строительным бизнесом. Он был хорошим человеком, и Джейсон не мог требовать от него многого. Больше всего ему хотелось бы спросить совета у собственных отца и матери, которых не было в живых.

Он стряхнул с рук хлебные крошки.

— Как ты думаешь, что бы мне посоветовал мой отец?

Лицо Джоанны исказила боль. Рука, державшая листок бумаги, дрогнула. Она взглянула на Джейсона.

— Я знала его не так долго, чтобы ответить тебе, — тихо сказала она. — Но мне бы тоже хотелось это знать.

Джейсон почувствовал комок в горле; есть ему расхотелось.

— Мне тоже. — Мальчик поднялся, отнес тарелку в мойку и сполоснул ее. — Пойду, займусь делами. — Он вышел, избегая взгляда Джоанны.