— Нет, - сказал я.

Энлиль Маратович посмотрел на Геру.

— Тоже нет, - сказала она.
– Наоборот, только сильнее запуталась.

— А причина одна. Вы до сих пор думаете как люди.

В очередной раз услышав этот приговор, я рефлекторно втянул голову в плечи. Гера буркнула:

— Научите думать по-новому.

Энлиль Маратович засмеялся.

— Милая, - сказал он, - у вас в голове пять тысяч маркетологов срали десять лет, а вы хотите, чтобы я там убрал за пять минут… Вы только не обижайтесь. Я ведь вас не виню. Сам таким был. Думаете, я не знаю, о чем вы размышляете по ночам? Отлично знаю. Вы не можете понять, где и как вампиры достают человеческую красную жидкость. Вы думаете о донорских пунктах, об умученных младенцах, о подземных лабораториях и прочей белиберде. Разве не так?

— Примерно, - согласился я.

— Хоть бы одно исключение за сорок лет, - сказал Энлиль Маратович.
– Вот это, если хотите знать, и есть самое поразительное, что я видел в жизни.

Эта всеобщая слепота. Когда вы поймете, в чем дело, она тоже покажется вам удивительной.

— А что мы должны понять?
– спросила Гера.

— Давайте рассуждать логически. Если человек - дойное животное, его главным занятием должно быть производство пищи для вампиров. Верно?

— Верно.

— Теперь скажите, какое занятие у людей самое главное?

— Деторождение?
– предположила Гера.

— Это в цивилизованном мире бывает все реже. И уж точно это не главное занятие человека. Что для человека важнее всего?

— Деньги?
– спросил я.

— Ну наконец. А что такое деньги?

— А то вы не знаете, - пожал я плечами.

При положении тела вниз головой это было очень странное движение.

— Я-то может и знаю. А вот знаете ли вы?

— Есть где-то пять… Нет, семь научных определений, - сказал я.

— Я знаю, что ты имеешь в виду. Но у всех твоих определений есть один фундаментальный недостаток. Они придуманы с единственной целью - заработать денег. А это все равно что пытаться измерить длину линейки самой линейкой…

— Вы хотите сказать, что эти определения неверные?

— Не то что бы неверные. Если разобраться, все они говорят одно: деньги - это деньги и есть. То есть не говорят ничего. Но в то же самое время, - Энлиль Маратович поднял палец, вернее, опустил его к полу, - в то же самое время подсознательно люди понимают правду. Вспомни, как представители социальных низов называют хозяев?

— Эксплуататоры?

— Кровососы?
– сказала Гера.

Я подумал, что Энлиль Маратович одернет ее, но он, наоборот, довольно хлопнул в ладоши.

— Вот! Умница моя. Именно что сосатели красной жидкости. Хотя красную жидкость никто из них в прямом смысле не сосет. Понимаете?

— Вы хотите сказать… - начала Гера, но Энлиль Маратович не дал ей закончить.

— Да. Именно так. Вампиры уже давно используют не биологическую красную жидкость, а гораздо более совершенный медиум жизненной энергии человека. Это деньги.

— Вы серьезно?
– спросил я.

— Более чем. Подумай сам. Что такое человеческая цивилизация? Это ни что иное как огромное производство денег. Человеческие города - просто денежные фабрики, и только по этой причине в них живет такая уйма людей.

— Но там ведь производят не только деньги, - сказал я.
– Там…

— Там все время идет бурный рост, - перебил Энлиль Маратович, - хотя не до конца понятно, что именно растет и куда. Но это непонятно что растет и растет, и всех очень волнует, быстрее оно растет, чем у других, или медленнее. Потом оно внезапно накрывается медным тазом, и в стране объявляют национальный траур. А потом оно начинает снова расти. При этом никто - вообще никто из тех, кто в городе живет, - этого непонятно чего ни разу не видел…

Он сделал широкий жест, как бы указывая на панораму невидимого города за стенами.

— Люди производят продукт, о котором не имеют никакого понятия, - продолжал он.
– Несмотря на то, что ежедневно думают только про него. Как бы ни называлась человеческая профессия, это просто участок карьера по добыче денег. Человек работает в нем всю жизнь. У него это называется "карьерой", хе-хе… Не подумайте, что я злорадствую, но современное рабочее место в офисе - cubicle - даже внешне похоже на стойло крупного рогатого скота.

Только вместо ленты с кормом перед мордой офисного пролетария стоит монитор, по которому этот корм показывают в дигитальном виде. Что вырабатывается в стойле? Ответ настолько очевиден, что вошел в идиоматику самых разных языков. Человек делает деньги. He or she makes money.

Мне захотелось возразить.

— Деньги - это не производимый продукт, - сказал я.
– Это просто одно из изобретений, которые делают жизнь проще. Одно из следствий эволюции, которая подняла человека над животными…