Шрифт:
Или сосед разбогател и купил иномарку.
Андрей затаился в трех шагах у стены, прижавшись к дереву. Показалось, за стеклом чужой машины зардел огонек — то ли сигарета, то ли отблеск красной лампочки сигнализации.
Или почудилось…
Тем часом под аркой вспыхнули фары, и, шаря темноту, свет побежал по двору, выхватывая стволы деревьев. Хортов переместился к стене и в этот миг увидел, как из неизвестной машины осторожно вышел человек и встал за «ракушку». На белом фоне оцинкованного железа хорошо различалась его фигура. Автомобиль проехал мимо, затем повернул к сталинскому дому, на котором блистала световая реклама. Человек вернулся было назад, однако склонился к открытой дверце и через несколько секунд направился в сторону Хортова. Была ещё надежда, что он выйдет на дорогу, где только что прошла «Нива», — он забирал влево, но как оказалось, лишь для того, чтобы обойти вросшую в землю детскую площадку.
Бежать или прятаться не хватало времени, да и могли заметить из машины. Андрей закачался, забурчал и стал писать на стену.
В левой руке темного, едва различимого человека был пластиковый пакет, почти пустой, но тяжеловатый.
— Эй, мужик! — каким-то удушливым, злым шепотом сказал он. — А ну, дергай отсюда!
— Чего? — громко и пьяно протянул Хортов. — Пошел ты!..
Он целил профессионально, в основание горла, и сбил бы одним ударом, но Андрей мгновенно ушел, перехватил руку и рванул вперед. Неизвестный вписался головой в стену, выбил белесую пыль и осел мешком. Хортов склонился над ним и ткнулся руками в пакет, вернее, в предмет, лежащий на нем, — это был пистолет! В машине у «ракушки» хлопнула дверца, но вышел кто или нет, он не заметил, поскольку отбегал за угол дома. Там он достал пистолет, судя по дайне, с глушителем, свернув предохранитель, осторожно передернул затвор. И как оказалось, зря: патрон, бывший в патроннике, улетел в траву.
Не выпуская из виду двор, Андрей на полусогнутых отошел от дома и присел за деревом. Его засекли! Пуля ударила на полметра выше, но стреляющего не было видно, как, впрочем, и не слышно выстрела — только смачный щелчок по древесине. Хортов перекатился вперед, затем резко назад, на старое место. Никого вокруг! Черные росчерки древесных стволов, белое пятно «ракушки» и темная лепеха машины. Он привстал на коленях и обернулся назад — прямо на него шел человек с вытянутой рукой, но не видел, а иначе бы уже стрелял — пять метров расстояние!
Скорее инстинктивно и наугад, от живота, Хортов трижды нажал спуск. Того резко кинуло в сторону, под тень деревьев, впереди была исчерканная деревьями темнота, да еще слепили отблески рекламы — не рассмотреть! Андрей кувырком переместился подальше от дома, лег у корневища: показалось, тяжелый беспорядочный топот двигается в сторону «ракушки». Тот, что таранил стену головой, все еще лежал, но вроде бы шевелился. Кувыркнувшись еще трижды, Хортов достиг темной, торца сталинской крепостной стены и, пригибаясь, отбежал за угол.
И вдруг понял, что нельзя, да и невозможно больше искушать судьбу. Короткими перебежками он миновал лесное пространство между домами, заскочил за трансформаторную будку и уже под ее прикрытием рванул через детскую площадку и соседний двор к старой и разгромленной химчистке.
Там он забрался под лестницу, сел спиной к стене и закрыл глаза…
9
Через полтора часа Мавр вышел из электрички в Переделкино и долго бродил по писательскому поселку, пока не отыскал дачу с мезонином, где на свежеокрашенном фасаде между этажами красовался замысловатый вензель. Мавр нажал кнопку звонка и подождал несколько минут — никто не вышел. Тогда он выбрал место и перелез забор.
Должно быть, сработала сигнализация, по периметру изгороди вспыхнули лампы. Он подошел к дому, и в это время медленно распахнулась дверь и в проеме появилась девушка в белом плаще. Пронзительные голубые глаза почти не двигались, но видели все сразу, из приоткрытых губ курился парок — к вечеру подмерзало.
Опершись на трость, Мавр глянул с прищуром.
— Скажи-ка, красавица, дома ли хозяин?
— Дома, — гостеприимно обронила она. — Как доложить?
— Я его старый друг, по студенческим временам. Но лучше не докладывайте! Пусть будет сюрприз!
— Тогда я провожу вас до двери! — заговорщицким шепотом сказала девица и обласкала взглядом.
Бизин сидел за столом в дубовом кабинете, грозный, напыщенный, как ушастый филин, и казалось, синий халат на нем раздувается от внутреннего напряжения — что-то сосредоточенно писал.
— Здорово, адвокат Бизин! — воскликнул Мавр и показал кулак.
Тот мгновенно преобразился, вскинул от восторга руки, однако, увидев выразительный знак, несколько свял.
— Вот так встреча… Откуда?
— Из дальних странствий… Неплохо устроился, приятель, как у Христа за пазухой, — не снимая шляпы, Мавр прогулялся по кабинету. — Только душновато у тебя в берлоге… А на улице вечер, летит паутина, садится солнце. Не пристало поэту пропускать столь прекрасные мгновения увядающей природы.
— Можно и здесь… Меры безопасности приняты.
Бизин уже все понял и теперь собирался, тщательно скрывая торопливость. И все-таки правый носок надел на левую сторону…
Девицы по пути на улицу они уже не встретили: должно быть, когда выходил хозяин, все прятались.