— Жиган, яйцеголовые приперлись! Вызванивай Прицела, пусть пацанов собирает, — приказал своему помощнику бандит, отрываясь от окуляров. — И чтоб без кипиша! Усек?

Через пару минут геликоптеры с ревом пронеслись над административным зданием, полуразрушенный чердак которого служил наблюдательным пунктом «авторитетов».

Немного покружив над разрушенными цехами и наметив место высадки, вертолеты пошли на посадку, вздымая с земли воздушными потоками от винтов клубы пыли и начисто сдув чахлую листву с дерева, росшего неподалеку. Наконец, шасси, скрипнув, твердо встали на землю. Пилоты постепенно сбавляли обороты двигателей, а операторы бортовых пулеметов привели в полную боевую готовность свои многоствольные чудовища, чтобы при необходимости поддержать огнем высадку экспедиции. Заверещал датчик движения, целеуказатель захватил вероятные объекты прицеливания — несколько отставших от своего слегка фонящего стада «хавронь». Пулемет, раскрутив свои многочисленные стволы, изверг лавину огненных стрел, в мгновение ока превратившую плотей в кровавую пыль…

После того, как специальная аппаратура автоматически сделала замеры радиационного фона и состава воздуха, а детекторы подтвердили отсутствие аномальных образований в радиусе десяти метров, двери десантного отсека скользнули в сторону. Из вертолета выпрыгнул военсталкер, «упакованный» в модернизированный защитный комбинезон «Каскад-3м» разработки ИФПБТ. Боец практически мгновенно залег, беря на прицел своей «грозы» зону, не простреливаемую бортовыми пулеметами. За ним последовали второй военсталкер, третий… Взвод в десять человек. Из второго вертолета вылезли еще пять военсталкеров. Быстро произведя рекогносцировку, они дали «добро» на выход основного состава экспедиции — пятерых ученых. Жмурясь от солнечных лучей, которые после темноты десантного отсека казались огненными рапирами, протыкавшими глаза насквозь, ученые на ходу поправляли лямки объемистых рюкзаков и подтягивали ремешки кобур с оружием, неестественно смотревшихся на усиленных скафандрах «Оберег-6УГ» — как правило, носить оружие ученым не полагалось.

— Хорошее утро, не так ли? — пытаясь перекричать вертолетные двигатели спрашивал своих коллег седоватый мужчина, чье лицо будто было вырезано из камня. Да и имя у него было очень «подходящее» — Святослав Каменик.

Вопрос Каменика удалось расслышать самому молодому из ученой братии — чернявому, крепкому парню двадцати семи лет, что-то прикручивающему к диковинной винтовке с оптикой:

— Перед выбросами всегда бывает хорошее утро!

— Да брось, ты эти околосталкерские бредни, Стрелков. Ничем не обоснованная басня! — скорее для себя, чем для Стрелкова (двигатели ревели вовсю), заметил третий ученый, утирая пот с морщинистого лба рукой, явно недавно обожженной какой-то кислотой. На именной нашивке у него значилось: «зав. хим. лаб. А.В. Володин». Володин попытался еще что-то сказать, но слова его потонули в гуле работающих двигателей.

Пилот головного вертолета кивнул командиру военсталкеров: высадку закончили, будем улетать. Военсталкер кивнул пилоту в ответ и сделал жест в сторону ученых: надо выдвигаться! Исследователи Зоны тоже закивали и достали из чехлов автоматы. Шум вертолетных двигателей, выходящих на взлетный режим, заглушил звуки вставляемых в автоматы магазинов, щелчки затворов, писк включившихся портативных детекторов аномалий и шипение продувки систем замкнутого дыхания научных скафандров.

Вертолеты, почти синхронно, оторвались от земли, набрали высоту и легли на обратный курс…

— Роялов, да выключи ты его пока! Все равно он нам только на базе пригодится. Чего ради зря сажать батарейки? — обратился к белобрысому ученому с солидными бакенбардами, занятому изучением показаний какого-то непонятного прибора, главный специалист научной группы. Главного не знал по имени никто из его коллег, хотя они вместе проработали в одной лаборатории Научного Корпуса около пяти лет. Поэтому они обращались кнему по ученому званию — Профессор. Все, что было о Профессоре известно его коллегам, могло спокойно уместиться на листике отрывного календаря. Профессор был одним из ведущих специалистов Института физики и продвинутых боевых технологий (ИФПБТ) — закрытого учреждения, занимавшегося исследованием физических процессов аномалий и артефактов с не совсем мирными целями. Хотя сам Профессор больше любил применять плоды своих трудов в несколько ином русле. В военном деле он разбирался неважно и вообще войн не любил.

— Виноват, Профессор, — сконфуженно ответил Роялов.

— Ладно, — уже более примирительно сказал Профессор, глядя на хронометр в его КПК. — Так-с, товарищи, пора герметизироваться!

Ученые дружно надели шлемы скафандров, прикрутили воздушные шланги к выводам. Уныло всхлипнули системы герметизации скафандров.

— С последним нашим выходом в Зону, коллеги! — обратился к своим товарищам Стрелков.

— Будет тебе, Санек! — сказал Володин, по-отечески похлопывая парня по спине. — Выход последний по программе. Поверь, еще не раз сюда слетаем.

Но Володин ошибался в своих прогнозах. А Санек и не мог представить себе, насколько он был прав…

— «Грач-девятый»! «Птенцы» на месте, готовьте гнездо.

— «Кулик-пятый», вас понял. «Птенчики», удачи!

Пара десантных вертолетов, хищно оскалив стволы бортовых многоствольников, ушла в сторону Периметра. Сделали свое дело, высадили нашу группу с десятком военсталкеров в окрестностях бывшего завода «Росток» и полетели себе на базу.

— Товарищи ученые! Поздравляем вас с прибытием в Зону! Еще раз напоминаем, что это не парк Юрского периода и не испытательный стенд в вашем НИИ! Держаться за ведущим, шаг влево-вправо — верная смерть!

— Давайте без агитации, товарищ военсталкер, — прервал я его. — Люди здесь немаленькие, не в первый раз в Зоне и правила знают. Мы теряем время. Не доберемся до Янтаря к выбросу — вся наша работа насмарку.

— Ну сразу бы так и сказали! — протянул военный сталкер. — Мы-то думали, что очередную партию яйцеголовых привезли. Теперь — в колонну по двое, охрана по бокам. Я впереди с детекторами. Остановки — по случаю, господин ученый.