Вот и сейчас Кай не знал, что Алиса — незамужняя, несовершеннолетняя, но уже вышедшая из детского возраста девушка — не имеет права находиться наедине с любым мужчиной, не являющимся ее близким родственником или… женихом. Хотя Кай уже назвал ее сегодня своей сестрой. Алиса, разумеется, понимала, что он это делал только для того, чтобы отвязаться от тех бандитов… но ей все равно было очень… как-то по-странному тепло от этого. У Алисы никогда не было ни братьев, ни сестер, но если бы у нее был брат, она бы, наверное, хотела, чтобы он был похож на Кая. То есть чтобы он, с одной стороны, был добродушным парнем, а с другой — чтоб его все боялись.

Сглаживая возникшую у нее в голове неловкость, — Кай ничего такого не заметил, — Алиса решила акцентировать внимание на чем-нибудь другом.

— Кай, спасибо, что заступился за меня…

— Да о чем речь, — небрежно отмахнулся он. — Им следовало по роже надавать хотя бы за то, что они нас от ужина оторвали.

— Нет, — настояла Алиса, — все равно спасибо. И за сегодня, и за вчера, у вас ведь и у самих были неприятности… Вам не обязательно было вмешиваться, можно было просто пройти мимо…

— А вот тут ты как раз ошибаешься, — неожиданно перебил ее Кай. — На самом деле еще до того, как мы оказались в том переулке, было понятно, что мы за тебя вступимся. Я даже теперь думаю: не так уж не прав был один мой знакомый насчет предвидений.

— Но ведь вы не знали, что я там…

— Не знали, — согласился Кай, — но в той ситуации, в которую мы попали, наше решение всегда было бы одним и тем же.

— А если бы силы были заведомо не в вашу пользу? — несмотря на не слишком приятный предмет разговора, тема начала немного увлекать Алису.

— Не имеет значения, — покачал головой Кай. — В этом случае мы все равно попытались бы помочь, возможно, каким-нибудь другим способом, но в самом факте можешь не сомневаться. Я думаю, не бывает хороших или нехороших обстоятельств, бывают разные люди.

— Плохие и хорошие?

— Не обязательно. Просто разные.

— Если честно, я не совсем понимаю.

— Да я тоже не понимаю, скорее — чувствую. Мне сложно это объяснить, но у меня сразу складывается мнение о человеке.

— И обо мне?

— О тебе — нет.

— Почему? — отчего-то расстроилась Алиса.

— Потому что по тебе и так видно, что ты очень хорошая. Знаешь, — он притворно понизил голос и осмотрелся по сторонам, — несмотря на все мои убеждения, большую часть своей жизни я считал, что подавляющее большинство дворян — толстомордые спесивые кретины, но, познакомившись с одной их представительницей поближе, я понял, что и у них есть шансы на исправление.

Замолчав, он стал готовиться ко сну. Кинув плащ на край своей кровати — той, что стояла у окна, — нисколько не стесняясь Алисы, скинул с себя рубашку и тут же залез под покрывало.

— Спокойной ночи, — пожелал он Алисе, — и, будь добра, напомни Мику, когда войдет, чтобы свою кровать он пододвинул к двери, — мало ли…

— Хорошо. Э-э… Кай.

— Да?

— Все-таки спасибо за все.

— Если ты так хочешь, то — все-таки пожалуйста.

4 день 2-го месяца

Они проснулись рано, — то есть рано проснулись Кай с Миком. И, как поняла Алиса, хотя ей об этом и не сказали, поначалу ее не стали будить.

Поднявшись, Алиса позавтракала, и они продолжили путь. Трактирщика она больше не видела, — не то чтобы ей хотелось, скорее даже наоборот, — но, тем не менее, зла она ему не желала.

Кай с Миком очень хорошо относились к ней, но уж очень были пренебрежительны к человеческой жизни. Конечно, это касалось только всяких мерзавцев, но такой взгляд на вещи не то чтобы пугал Алису — просто ей сложно было с этим смириться. Хотя… ведь те же Кай с Миком сами-то ни на кого не нападали — они просто реагировали. Но то, что эти два абсолютно нормальных и даже положительных парня были убийцами, ее терзало. Не какими-нибудь маньяками, или наемниками, но ведь сути-то это не меняло. Или меняло?

— Мик, а что с этим трактирщиком? Вы его не… — Алиса не сумела договорить до конца, но общий смысл понять было можно.

Местность вокруг казалось до тоски однообразной. Широкие кормовые луга с пожелтевшей на зиму травой время от времени перемежались небольшими сосновыми или дубовыми рощами. Не успевшее высоко подняться солнце практически не грело. Ветра не было. Как и Кай с Миком она шла на своих двоих.

— Не-е, — пожал плечами Мик, — а что — надо было? — деловито поинтересовался он. Голос казался серьезным, но глаза говорили, что он шутит.