Шрифт:
Но это было явной чушью. Я не сомневалась, что леди Дэвис действительно обладает чудесным даром предвидения и может предсказывать будущее.
Карл хотел запретить ей появляться при дворе.
– Ну как вы можете… – изумилась я. – Вы – как тот вздорный король, который казнил гонцов за дурные вести.
Он вынужден был со мной согласиться.
– Но я не желаю больше слышать никаких пророчеств! Они все ужасны, – заявил он.
– Иногда леди Дэвис предсказывает и приятные вещи, – ободрила его я.
– Сначала ее муж. Потом наш ребенок… – промолвил король.
– Ему не суждено было жить… Она просто провидела это, – сказала я.
– Не хочу, чтобы эта женщина попадалась мне на глаза в моем собственном доме, – настаивал Карл.
– Вам никогда не избавиться от этой женщины. Вы можете отправить ее на костер, [40] но она проклянет вас или прямо перед казнью напророчит вам что-нибудь ужасное, – серьезно произнесла я.
Карл был немного суеверен. Думаю, именно поэтому он так и разозлился.
40
Следует напомнить, что в Англии сжигали за мужеубийство, так что леди Дэвис могла попасть на костер лишь за убийство своего первого мужа – если бы преступление было доказано. За колдовство и предсказания в Англии никогда не сжигали на костре – ведьм только вешали.
Он не изгнал леди Дэвис, но послал за ее мужем сэром Джоном Дэвисом и потребовал, чтобы тот положил конец пророчествам жены. Но сэр Джон объяснил, что супруга его – очень сильная женщина и ничего запретить ей он не может.
– Она верит, что исполняет великую миссию, Ваше Величество. И говорит, что не отступится, каким бы унижениям и наказаниям ни подвергали ее невежды.
Карл был весьма проницательным человеком. Он понял, что имеет в виду сэр Джон Дэвис. Более того, король считал сэра Дэвиса очень храбрым мужчиной, раз тот женился на Элеоноре после зловещей истории с ее первым супругом. Правда, сэр Джон все же сжег кое-какие бумаги Элеоноры, ибо она, ко всему прочему, еще и собирала старинные манускрипты.
Я была против того, чтобы леди Дэвис затыкали рот, и мы долго спорили об этом с Карлом. Я заявила, что если меня ожидает что-то плохое, то лучше знать об этом заранее. Помня о судьбе, предначертанной моему первенцу, я оказалась готова стойко выдержать этот удар, ибо он не стал для меня полной неожиданностью.
Наш спор чуть не закончился ссорой – совсем как в былые времена. Однако я вспомнила, с какой нежностью Карл смотрел на меня, просиживая целые дни у моей постели, а он подумал о том, что мне пришлось пережить. И на сей раз мы сумели сдержаться и не наговорили друг другу резких слов.
Он умоляюще взглянул на меня и произнес:
– Вы очень обрадуете меня, если не будете встречаться с этой женщиной.
Я колебалась. Я хотела сказать, что мне просто необходимо с ней увидеться! Я должна знать, что меня ждет. Я не желаю жить в неведении.
Однако мы оба пошли на уступки.
Карл сообщил, что отправит мистера Керка – одного из своих постельничих – с посланием к леди Дэвис. Из послания этого гадалка узнает, что королева не желает ее больше видеть.
– Вернее – король не желает, чтобы королева ее видела, – с прежней своей запальчивостью вскричала я.
Карл легонько поцеловал меня в лоб.
– Дорогая, – сказал мой супруг, – что бы я ни делал, я забочусь только о вашем благе.
Я знала, что это правда, и смягчилась. Я воспользовалась случаем и перехватила мистера Керка, пока он не унес послание. Одна из фрейлин провела постельничего в мои покои.
– Мистер Керк, – спросила я, – вы ведь направляетесь к леди Дэвис?
– Это так, Ваше Величество, – с поклоном ответил он.
– Когда увидите ее, передайте, что королева благодарна ей за прошлую беседу, а также спросите, будет ли мой следующий ребенок мальчиком и выживет ли он.
Мистер Керк снова поклонился и вышел.
Я никак не могла дождаться его возвращения.
Я послала одну из дам к воротам, чтобы, когда мистер Керк появится, она привела бы его прямо ко мне. Когда же он наконец предстал передо мной, на лице его сияла счастливая улыбка, и я поняла, что он принес добрые вести.
Я спросила:
– Передали вы мои слова леди Дэвис?
Постельничий кивнул.
– Она сказала, миледи, что в следующий раз вы родите крепкого, здорового сына и будете счастливы еще целых шестнадцать лет.
– Шестнадцать лет! Как странно! Но вы говорили о сыне… значит, он выживет?
– Так утверждает леди Дэвис, Ваше Величество.
– Спасибо, мистер Керк, – поблагодарила я.
И он отправился к государю – доложить, что передал ворожее королевское послание.
Шестнадцать лет, подумала я. Кажется, тогда наступит 1644 год. Шестнадцать лет… Это много, очень много… У меня будет сын… И меня ждет счастье!
Я отправилась к королю. Мистер Керк уже ушел, и Карл наверняка считал, что устроил все как нельзя лучше.