Тоотс с чьей-то помощью сочинил сатирическую песенку о старшем брате Кезамаа и несколько дней подряд исполнял ее на каждой перемене.

Брат Кезамаа записал хутор на имя своей смазливой двоюродной сестрицы Мари, а теперь эта Мари, которая раньше обещала выйти за него замуж, собиралась выгнать его со двора.

В песенке этой, которая впоследствии дошла до ушей кистера и принесла Тоотсу немало неприятностей, говорилось:

Жестокий спор с Имеликом из-за вешалки; затем стычка, во время которой Тоотс разорвал Имелику карман пальто.

Имелик: Не суйся со своим пальто на чужую вешалку!

Тоотс: Вот чудак, то же самое я собирался тебе сказать. Это же моя вешалка.

Имелик: Нет, не твоя.

Тоотс: Нет, моя.

Имелик: Знаешь, Тоотс, тебе, видно, трудно ужиться с людьми, все тебя обижают, – пойди лучше туда, где небо с землей сходится, вбей в небо гвоздь и вешай на него свое пальто.

Тоотс: Ишь ты, чудак, а когда земной шар повернется… он ведь поворачивается… тогда что?

Имелик: Тогда пальто останется на небе, а ты можешь сесть на облако и догнать его.

Тоотс: На облаке-то ездить, конечно, неплохо, а только как слезть?

Имелик: Ну, ты-то слезешь. Как ты с бутылкой в руках с полки слез?

Слово за слово, спор разгорался все больше, пока не произошло то, о чем мы уже говорили.

Но мы должны быть справедливыми. Рассказывая о проделках Тоотса, нельзя упускать из виду и его добродетели. Ведь не может быть, чтобы человек с головы до ног был начинен одним лишь озорством. В каждом человеке таится хоть зернышко добра.

Время от времени у Тоотса пробуждалась страсть к наукам.

Правда, такие случаи бывали очень редко, но тем большего внимания они заслуживают.

Как-то в обеденный перерыв Антс Виппер стоял в раздумье перед географической картой. Проходивший мимо Тоотс остановился возле него.

– О чем ты думаешь, Виппер? – спросил он.

Виппер окинул его долгим задумчивым взглядом и ничего не ответил.

– Где здесь Германия? – спросил Тоотс.

– А ну-ка, покажи сам, где Германия, – отозвался Виппер.

Тоотс указал рукой на восток.

– Вон там.

– Да ну, неужели там? – воскликнул Виппер. – Ты покажи по карте.

Тоотс пожал плечами. По правде говоря, ему было совершенно безразлично, где находится эта самая Германия; по мне, думал он, пусть будет хоть на самом верху. Но все же удивительная штука —эта географическая карта; хватило же терпения у того, кто испещрил ее черточками, точечками и названиями! Вся карта казалась усеянной песком.

– Ну, так где же Германия, на востоке или на западе?

– На западе.

– А почему ты показал на восток?

– Видишь ли, я и сам не знаю, – ответил Тоотс. – Но мне представляется, что все эти Германии, Франции и Англии находятся на востоке, а на западе ничего нет, одно только большое озеро – и за ним конец!

– Как это конец? Что за конец? Что ты подразумеваешь под этим концом?

– Ну, словом, конец!

– Конец земного шара? Ах, значит, земной шар кончается у тебя на западе, как железная дорога под Таллином, – так, что ли?

– Ну да…

– Э, нет, голубчик! Подожди чуточку, я тебе покажу, какой он, этот земной шар.

Виппер принес из шкафа глобус и поставил его перед Тоотсом.

– Смотри, Тоотс, – сказал он, – где тут начало и где конец? Земной шар круглый, как твоя башка, и обращается вокруг солнца. При этом он еще и сам поворачивается за сутки один раз.

„Как кошка вокруг горячей каши“, – подумалось Тоотсу.

Виппер взял чернильницу, которая должна была изображать солнце, и обвел вокруг нее глобусом, вращая в то же время и сам глобус.

Тоотс вспомнил, что учитель однажды уже объяснял им нечто подобное, но Тоотс тогда ровно ничего не понял. Да и откуда ему было так хорошо знать русский язык? Но теперь он стал немного во всем разбираться, и в то же время у него появился интерес к географии.

– Удивительное дело – как это они не падают! – воскликнул он, рассматривая глобус со всех сторон.

– Не падают? Кто?

– Ну, те, что там внизу живут, американцы эти, или кто они там такие. Они же ходят вверх ногами, точно мухи по потолку. Как же это получается, что они не падают?