В общем, следователь хотел, чтобы я рассказал ему, как все было, – по его словам, чтобы лишний раз не теребить меня и не гонять в УВД. Бросив еще один взгляд на Лео – она расслабленно смотрела в потолок, – я пожал плечами и рассказал почти правдивую историю, за тем исключением, что не стал упоминать о Кисе, – по моей версии, они угрожали убить советника. И я как честный гражданин дружественного государства был вынужден подчиниться их требованиям, рассчитывая на вмешательство внешнего наблюдения... По-моему, упоминание внешнего наблюдения его изрядно смутило.

О том, что Элеонора поймала парочку похитителей, я тоже говорить не стал, равно как и не стал упоминать о примененном мной гифе, – просто сказал, что меня бросили в помещение к бессознательному советнику, после чего я пришел в себя уже в Роллсе с Элеонорой по пути к дому. Ах да; еще я сказал, что к Элеоноре не стал обращаться потому, что похитители упоминали это особо, а главное, потому, что не вовремя разбуженная Элеонора страшнее любых похитителей. Эта моя небольшая месть, впрочем, ее не задела: Лео только усмехнулась. А вот следователь, похоже, воспринял меня серьезно...

Сохранив на браслет мою речь, он вежливо попрощался и собрался уходить. Я поинтересовался вдогонку, что с советником, и получил ответ, что он только что был обнаружен в указанном мной месте инспекторами министерства энергетики, выехавшими на случай несанкционированного энергорасхода в больших размерах, и сейчас его везут в больницу. Я попросил передать ему мои лучшие пожелания, и следователь уехал – его Роллс, похоже, был личным, а не служебным. Я наконец-то смог завалиться спать...

Следующие три дня прошли, для разнообразия, тихо, мирно и сонно. Официальной отмены домашнего ареста не было; собственно, никаких новостей не было ни от местных органов, ни от Джака, ни от Альтера, ни даже от Кисы. Впрочем, я решил пока что позволить событиям идти своим ходом и даже не стал расспрашивать Элеонору о причинах ее обморока. Пусть уж спокойные дни остаются спокойными, пока есть такая возможность... А то ответы на подобные вопросы оказываются уж очень неожиданными.

– Знаешь, я придумала великолепный рецепт, – сообщила как-то после ужина Элеонора. – Я вопросительно посмотрел на нее. – Возьмите продукты по вкусу, отдайте их Даре, ждите до готовности.

Я усмехнулся:

– Да уж, рецепт гениальный... Особенно «ждите до готовности». Интересно, как там готовится мое дело?.. – Теперь усмехнулась Элеонора. – Ты что-то знаешь? – поднял я бровь. – Хотя вопрос глупый... Знаешь, конечно.

– Ты б хоть новости-то смотрел, – посоветовала она. – И ты бы знал.

– Так там вечно одно и то же... – скривился я. – И что я пропустил?

– Завтра посмотри. Еще не раз повторят...

Все эти дни – кроме памятной ночи с двойным спасением Кисы – Элеонора спала в моей спальне, а я располагался на диванчике в гостиной. Впрочем, он оказался довольно удобным, и вдобавок телик был там совсем под рукой. Активатор, как и колокольчик Лира, Лео мне вернула еще в день похищения, так что я вполне мог им пользоваться самостоятельно; впрочем, в крайнем случае можно было бы и служанок позвать... Так или иначе, проснувшись на следующее утро как раз к утреннему выпуску новостей, я включил телик. И действительно, в куче мусорных новостей проскользнуло кое-что интересное: как-то мельком было упомянуто, что посол Варнистана объявлен персоной нон грата за «деятельность, вредящую добрососедским отношениям». Полагаю, Лео имела в виду именно это... Готов поспорить, именно посол руководил всем заговором – конечно, если эту историю можно так назвать.

– Посла выгнали, – сообщил я за завтраком. – Ты это имела в виду?

– Посла отослали, – уточнила Лео, – поскольку один из его помощников дал показания, что он замешан в теракте на острове.

– Этот помощник – такой невысокий, с черными усиками и шрамом на левой щеке? – Я вспомнил приметы второго трофейного варнистанца из Элеонориной добычи.

– Как ты догадался? – сделала она удивленные глаза.

– Но тогда обвинение с Кисы должно быть снято! – продолжил я, решив не отвечать.

– Ну да, снято, – согласилась она.

– А мой домашний арест?

– Тоже.

– Тогда почему я об этом узнаю только сейчас?

– А куда спешить? – лениво потянулась Элеонора. Ну не зараза, а?

– Тогда где Киса?

– Присматривает за Маникией вместо меня, – пожала плечами Лео.

– Не понял...

– Ну, я-то сейчас с тобой, правильно? – терпеливо, как ребенку, принялась объяснять Лео. – А страну без присмотра тоже оставлять не стоит... Да и к тому же раз уж я на ее месте, почему бы ей не побыть на моем?

– Совсем не понял... – Я почувствовал, что вру. – Лео оценивающе посмотрела на меня: мол, у тебя на лице написано, что понимаешь, только признаться не хочешь... Я вздохнул. – Когда ты успела? Хотя можешь не отвечать. Когда вы отрубились, это было что-то вроде побочного эффекта при нелицензионном подключении, верно?

Она с мечтательной улыбкой кивнула. На мое лицо начала медленно наползать злорадная улыбка, а голову наполнять множество мстительных идей. Я начал открывать рот, чтобы высказаться... и вздохнул: