Шрифт:
Курортник, зло сплюнув, бросил винтовку, выхватил пистолет из кобуры на бедре и прыгнул к ним.
Как внезапный порыв ветра, по комнате прокатился жутковатый хохот. Я вздрогнул, завертел головой. Смех эхом отразился от стен, потом снова захохотали — где-то в углу, куда отполз Пригоршня, прикрываясь Лабусом.
В воздухе блеснула точка. Вспыхнула — и выросла в бело-желтый шар, от которого посыпались искры. Будто оголенный провод под напряжением сунули в воду и сразу вытащили… Я зажмурился, волосы на голове встали дыбом. Открыл глаза — Курортник застыл с широко разинутым ртом, из-под потерявшего сознания Лабуса пытался выбраться Пригоршня.
Шар исчез. В углу колыхнулась тень, похожая на шифоновую занавеску. Мне показалось, что в ней проступают очертания морды: морщинистая коричневая кожа, вместо глаз — черные впадины. Из пасти вырвалось завывание, перешедшее в истеричное хихиканье.
Курортник наконец вышел из ступора.
— Полтергейст!
Взяв за ворот Лабуса, он открыл огонь. Звук выстрелов заглушил хохот, пули пролетали сквозь «шифон» и врезались в штукатурку, щеку царапнуло каменное крошево.
Курортник дернул безвольное тело напарника на себя, поволок прочь, продолжая разряжать магазин.
Пригоршня оперся на локти и, быстро двигая ими, пополз от полтергейста. По дороге ухватил пулемет Лабуса, передернул затворную раму, из патронника вылетел патрон и звякнул об пол. Сталкер вскинул оружие, и…
Полтергейст исчез.
Лабус встал на корточки, потряс головой. Из носа текла кровь, он утерся ладонью, сплюнул и, подняв голову, крикнул:
— Убью гада!
Полтергейст возник под потолком, все повторилось: искры, шар, мерцание…
Пригоршня с Курортником открыли огонь одновременно. Полупрозрачный монстр взвыл и спикировал на них. Опрокинув сталкера, умчался к железным воротам, до которых не долетел — исчез по дороге.
Лабус взмахнул пистолетом, выдавив что-то нечленораздельное, с трудом поднялся на ноги.
— В центр — круг! — скомандовал Курортник. Они прыгнули к сугробу, возле которого валялись
рюкзаки военсталов, встали спиной друг к другу, заняв круговую оборону.
Тварь опять проявилась под потолком и заметалась от стены к стене. Не отводя от нее взгляда, я лихорадочно шарил вокруг, пытаясь нащупать оружие Пригоршни. Пальцы наткнулись на гладкий цилиндр — под-ствольник? Ладонь сжала холодный металл. Я попытался подтащить оружие к себе, но что-то мешало, не пускало.
Хохот наполнил помещение. Загрохотали выстрелы.
Полотнище под потолком потеряло прозрачность, начало сминаться в жеваный тетрадный лист. Сгустившаяся тень обрела форму: тулово, похожее на корягу, покрытую сплетением мышечных волокон, непропорционально длинные руки с когтистыми пальцами. Крутанувшись, монстр рванулся ко мне. Я все еще пытался схватить оружие. Руки полтергейста вытянулись, когти нацелились мне в шею.
Стрельба смолкла — сталкеры испугались, что заденут меня.
Я дернул что было сил. Что-то порвалось, перед глазами возникла алюминиевая колба с ребристым набалдашником на конце.
— Ложись! — гаркнул Курортник. — «Сборка»!
Инстинктивно зажмурившись, отвернувшись от налетавшей на меня морды, я откинулся назад, выбросив перед собой руки, ладонь хлопнула по набалдашнику…
Мягкий белый свет коснулся век. Все стихло. Не было больше ни хохота, ни жуткого воя…
Открыв глаза, я повернулся на бок. Сталкеры лежали на полу, накрыв головы руками. Курортник приподнялся, взглянул в мою сторону, скупо улыбнулся. Раздались смешок Пригоршни и ворчание Лабуса.
Я обвел взглядом помещение, осторожно сел. Понял, что до сих пор сжимаю алюминиевый цилиндр. Поднес к лицу. Хм — ничего необычного, колба похожа на контейнер для ключей, такие сдают на вахту охраны и опечатывают. А что крикнул Курортник, перед тем как все стихло? И этот белый свет — что это такое? Я снова посмотрел на спутников. Вот черт!..
— Положи пулемет, Никита. Я не шучу.
Военсталы целились в Пригоршню. Тот угрюмо зыр-кал исподлобья.
Как же так, ведь только что плечом к плечу сражались с тварью, а теперь?.. Я растерялся.
— Спокойно, командир, — произнес Никита.
Он медленно присел и поставил оружие на пол. Лабус шагнул вперед, держа сталкера под прицелом пистолета, поднял за ремень пулемет и отступил.
— На колени! Руки за голову.
Пригоршня выполнил команду. Лабус повесил пулемет на плечо.
— Надо уходить, — сказал Курортник, целясь сталкеру в голову.
— Что, разбежимся? — поинтересовался тот.
— Что у тебя в рюкзаке? И где добыл военную «сборку»? — спросил Курортник.
Лабус обошел сталкера, упер ствол ему в затылок. Никита дернулся и замер, военстал принялся обыскивать его.