– О чем именно? – спросил Джим.

– Не разглядывайте меня, пока я буду вашим проводником, – попросил он. – Пообещайте мне это, во имя девы Марии.

– Мы обещаем, – ответил Джим.

Брайен, Жиль и Дэффид тоже пробормотали что-то в знак согласия.

– Итак, слово мы тебе дали, – сказал Джим. – А теперь скажи, думал ли ты о том, что можешь оказаться под подозрением, если нам удастся найти принца и спасти его? Не лучше ли тебе бежать отсюда вместе с нами?

В ответ раздался горький хриплый смешок.

– Куда же я пойду? – только и сказал Бернар. – Даже святые монахи захлопнут передо мной двери монастыря. Даже прокаженные разбегутся и попрячутся при моем появлении. Нет, я останусь здесь с надеждой, что мне еще выпадет случай сразиться с Мальвином.

– Но если тебя заподозрят – всего лишь заподозрят в помощи нам, – заметил Джим, – дело для тебя обернется очень плохо.

– А, пусть, – проквакал Бернар с какой-то беззаботностью. – Что он может сделать после того, что уже сделано? А теперь – идем, потому что на пути нам, наверное, не раз придется останавливаться и прятаться. Будь я один, я пошел бы прямо к замку. Но такая большая компания, как наша, привлечет слишком много внимания.

В его голосе послышалось нетерпение.

– Идемте же скорей! Во имя всеобщей любви, вперед!

Не дожидаясь ответа, он повернулся и нырнул в узкий проход, который вел на главную тропу. Остальные последовали за ним. Он установил на место фальшивое дерево, затем, используя чистую воду из фляжки, висевшей у пояса, аккуратно замазал место спила. Проделав все это, он выпрямился, но вместо того, чтобы немедленно продолжить путь, снова обратился к своим спутникам:

– Путь, по которому я поведу вас, – не самая короткая, однако самая надежная дорога к замку через этот лесной лабиринт. Обратите внимание, что мы все время будем забирать вправо. Это позволит нам выйти в один из садов вокруг замка. Если вам с принцем удастся выбраться из замка, заходите в лес там же и держитесь все время левой стороны. Тогда эта дорога выведет вас из леса прямо на склон холма. А теперь, да поможет вам Бог двигаться быстрее, ибо я тут бессилен.

До выхода из леса было довольно далеко, но Бернар вел их так быстро и уверенно, что они преодолели это расстояние довольно быстро.

Наконец они оказались в садах, окружавших замок Мальвина. Разница между деревьями, сквозь которые им только что пришлось продираться, и теми, что росли здесь, была потрясающая.

Стояла теплая летняя ночь. Почти полная луна ярко освещала деревья, лужайки и аккуратно посыпанную гравием дорожку, которая вела к темной громаде замка впереди.

Воздух был слегка влажным от фонтанов и маленьких искусственных озер. Легкий ночной ветерок время от времени доносил до них чудесный аромат ночных цветов, наполнявших сад.

Соратники шли быстро. Меньше чем через десять минут они уже стояли у каменной стены замка перед дверью, чуть большей, чем парадные подъезды домов в том мире, откуда был родом Джим.

Бернар открыл ее и ввел их в пустую комнату, затем остановился и сказал:

– Здесь я покину вас.

Джим осмотрелся. Стены были каменными, а потолки – из тяжелых бревен, подогнанных вплотную друг к другу. Выложенный каменными плитами пол был покрыт сверху средневековыми циновками из камыша и травы, а кое-где – обычными ткаными коврами, такими же, как в мире Джима.

Комната была широкой и длинной, но с низким потолком, не более фута над головами друзей. Все вместе производило довольно приятное впечатление, но разве можно было сравнить комнату с садом, из которого они только что пришли!

– Отсюда, – продолжал Бернар, – можете идти открыто. Многие слуги Мальвина в этом замке имеют человеческий облик, более того, некоторые из них знатного рода. Однако собака может привлечь к вам внимание. Эх, жаль, я не подумал об этом раньше! Вы бы оставили ее в лесу.

– Ни в коем случае, – отозвался Арагх.

Бернар даже подпрыгнул от неожиданности и испуга. Во всяком случае, назвать его реакцию иначе было трудно. По стенам комнаты горели факелы. Они неплохо освещали ее, лишь местами оставляя глубокие тени. Бернар нарочно встал в такую тень, чтобы его уродливое тело и лицо были скрыты от чужих глаз.

– Так это волк? – спросил он.

– Да, и никто другой, – сказал Арагх. – Я иду со всеми остальными, а ты не задаешь вопросов, по крайней мере, больше, чем мы тебе.

– Пожалуй, – согласился тот после секундного размышления. Край его головы, выступавший из тени, доказывал, что он все еще таращил глаза на Арагха. – Думаю, остальные примут его за собаку, как и я. Но, в любом случае, вернемся к моим указаниям. Волк, наверное, хорошо ориентируется, не так ли?

– Еще бы, иначе я бы уже сто раз сдох от голода за те годы, которые я прожил на этом свете, – гордо отвечал Арагх. – Видел бы ты, как я мотался по пятнадцати миль, чтобы раздобыть какую-нибудь дичь, и возвращался только на следующий день и совсем по другой дороге. Так что говори смело.