Старик умолк.

– Я думаю, что теперь ты можешь отпустить ее, – обратился он к Хэлу. Затем взял Сее за руку.

– Пойдем со мной, – сказал он девочке и повел ее прочь.

Онет последовала за ними.

Хэл поспешил заняться солдатами. Ведь препарат будет действовать лишь ограниченное время.

Прежде всего следовало поднять Орка и сделать так, чтобы он под гипнозом объяснил кажущееся положение дел таким же одурманенным и загипнотизированным солдатам. Первоначально Хэл планировал, что сочиненную им историю, которую они повторят в штабе, изложит им Лю; а заключалась она в том, что и Артур, и Сее умерли под пыткой, которую якобы проводил Лю собственными руками в одной из палаток. Затем их обоих похоронили, и, поскольку прежде, чем они умерли, Лю узнал от них достаточно, чтобы убедиться в отсутствии в этих местах других людей, поисковая партия вернулась в гарнизон.

А теперь этот рассказ приходилось не просто поручить Орку и тем самым сделать его менее заслуживавшим доверия – поскольку Орк был всего лишь сержантом. Следовало еще как-то объяснить смерть Лю, которая подняла бы гораздо больше вопросов, чем могло возникнуть после возвращения самого Лю, потерявшего двух солдат. Их гибель можно было объяснить просто – с ними расправился мужчина, которого они захватили. И имелось бы свидетельство Лю, что в этих местах больше никого не найдешь.

Впоследствии, конечно, это гипнотическое воспоминание ослабнет; и в памяти у всех них – и командиров, и рядовых – всплывут обрывки действительно случившегося. Но к тому времени вопрос будет закрыт, а бумаги уже оформлены; и ни у одного из них – даже у Лю – не будет достаточно основательных причин создавать себе же неприятности, роясь в старых рапортах и пытаясь определить, что же случилось на самом деле.

Хэл вошел в палатку Орка. Когда он расстегнул спальный мешок сержанта и положил руку тому на горло, чтобы одновременно пробудить его и начать процесс гипноза, то почувствовал холод плоти.

Хэл более пристально взглянул на лежащего человека и понял, что Орк также мертв.

Каким-то образом Сее сумела бросить носок прежде, чем Хэл поймал ее; и так как бросок оказался поспешным, она собиралась повторить попытку. И тут-то ее схватил Хэл.

На стуле с одеждой Орка стояла обычная армейская лампа. Хэл включил ее и в красноватом свете увидел его лицо. На правом диске была вмятина. Орк должен был умереть сразу после первого удара; но Сее, которая скорее всего целилась, как и во всех предыдущих случаях, в горло, могла в полумраке понять лишь то, что в цель она не попала. И попыталась бросить второй носок, но ей помешал Хэл.

Хэл стоял, слегка нагнув голову – крыша палатки была достаточно высокой для Орка и Лю, но не для него. Теперь ситуация стала еще сложнее.

Он повернулся, вышел из палатки и направился к группе людей, которая теперь привязывала Артура к носилкам. Немного в стороне под присмотром четырех лучников сидели и лежали одурманенные солдаты. Чуть поодаль стояли Сее, Онет и Старик. Рука Старика все еще лежала на затылке Сее. Губы Онет шевелились, она что-то говорила Сее. Та, в свою очередь, слушала ее как завороженная.

Хэл подошел к носилкам.

– Простите, – сказал он, – прежде чем вы унесете Артура, он мне понадобится. Я хочу, чтобы вы доставили его к правой палатке, где спал их командир. Калас?

– Здесь, – ответил тот, выходя из толпы.

– Пошли, – сказал ему Хэл. – Я хочу по дороге поговорить с тобой. Если не считать Лю и Орка, кто мог бы командовать этими солдатами?

– Кто? Вероятно, он, – сказал Калас. Он указал на массивного человека средних лет с редкими волосами, торчащими на круглой голове. Он сидел около своего спящего мешка и тупо смотрел в перед. – Он – капрал интендантской службы; и теоретически ему не полагается командовать строевыми солдатами. Но он старший по званию; и кроме того, он один из тех, что отираются при штабе и всем заправляют, так что с ним надо быть в хороших отношениях, если думаешь о собственной пользе. Его зовут Харви. Если Лю или Орк не смогут командовать, он мог бы их заменить. Ему бы этого хотелось – но это маловероятно…

Он взглянул на Хэла.

– Или?..

– Да, – кивнул Хэл прямо. – Оба они мертвы.

– Мертвы?

Калас внезапно остановился, затем ему пришлось бегом догонять Хэла.

– Сее добралась до них.

– Неужели? – На лице Каласа возникла улыбка. – Как?

Люди с носилками, находившиеся достаточно близко, чтобы услышать недвусмысленное заявление Хэла, повернули головы. Известие так ошеломило их, что они не сразу смогли найти вход в палатку Лю.

Хэл отошел в сторону, чтобы можно было опустить на пол носилки с Артуром, который все еще был без сознания.

– Снимите его от носилок, – велел Хэл. – Я хочу, чтобы вы положили его лицом вниз, распростертым на полу – как будто он упал, пытаясь дотянуться до лежащего в койке Лю. Покончив с этим, отправляйтесь в соседнюю палатку, оденьте тело Орка в его форму, с оружием – найдите его энергетический пистолет – и всем прочим, и принесите его сюда на носилках.

– Калас, – сказал Хэл, как только остальные вышли. – ты смог бы подражать голосу Лю? Я не имею в виду, что ты должен это делать настолько хорошо, чтобы одурачить кого угодно при обычных условиях, вблизи; но мне нужны один-два выкрика, якобы исходящие от него, чтобы подкрепить то, во что я хочу заставить остальных солдат поверить с помощью гипноза. Была ли у Лю какая-то особая, присущая только ему манера говорить? Она есть у каждого, а большинство солдат умеет подражать манерам своих командиров.

– У него был высокий голос и резкие интонации, – ответил Калас. – Я думаю, что мог бы попробовать – только надо будет вопить здесь, внутри палатки. Ведь его голос должен был бы как-то исказиться.

– Хорошо, – кивнул Хэл, – я хочу, чтобы ты выкрикнул приказ Орку, чтобы тот стрелял. Идея в том, что Артур каким-то образом высвободился.

– Такое я могу сделать, даже стоя на голове, – отозвался Калас. – Так или иначе, мне нравится идея, что Артур вырвался на свободу и эти двое оказались поблизости от него.