Это противоречие между безобидной внешностью и твердым взглядом часто заставляло окружающих чувствовать себя в его обществе неуютно, но к Блейзу это не относилось.

Как ни забавно, но Иоганн утверждал, что его предками были выходцы из Китая. Блейз обратил внимание, что, войдя, он бросил на Тони долгий, пристальный взгляд. Тони в ответ улыбнулась. Блейза это заинтересовало, он готов был держать пари, что если Иоганн и подумает, что в жилах Тони течет восточная кровь, то никак не китайская.

– Думаю, в этом кое-что есть, – сказал Блейз. Они сидели в гостиной его апартаментов; на коленях у него лежал блокнот, в котором он писал, в то же время продолжая говорить. Таким образом создавалось впечатление, что он следит за ходом разговора и обдумывает то, что пишет, как будто одна часть его сознания действовала независимо от другой. – Мне бы хотелось узнать о них как можно больше. Было ли их раньше меньше, чем сейчас? Или, иначе говоря, увеличивается ли со временем их количество? Возрастает ли их число пропорционально приросту населения или в последнее время их вдруг стало намного больше?

– Не знаю, – пожал плечами Иоганн. – Но, как я уже говорил, я все выясню. В принципе офицер в штатском, с которым вы разговаривали, был прав насчет того, что Кассида – единственный мир, где встречаются подобные случаи.

– Офицер? – переспросил Блейз. – То-то я и подумал, что в этих охранниках в штатском чувствуется военная выправка… Интересно, кто их туда послал?

– Несомненно, Совет, – сказал Иоганн.

– Несомненно? – эхом отозвался Блейз. – А разве армия – то есть я хотел сказать Внутренние Войска – здесь, на Кассиде, подчиняются Совету?

– О нет, – ответил Иоганн. – Но в любом случае их представитель всегда занимает одно из мест в Совете, а то и два, и три.

– А Питер Де Нильс – тоже бывший офицер? – поинтересовался Блейз.

– Секретарь Совета? – переспросил Иоганн. – Насколько мне известно, нет. Он вообще появился неизвестно откуда лет шесть или десять назад. Но он всегда входил в правительство, хотя и старался не лезть на рожон. Думаю, мало кто знает об этом человеке что-либо определенное. Если хотите, могу попробовать выяснить поподробнее и о нем.

– Да, думаю, это было бы совсем неплохо, – кивнул Блейз. – Но в данный момент меня больше интересуют хуры. Знаете, я считаю, что вы довольно успешно управляетесь с нашей здешней организацией Иных. Но она почему-то всегда была крайне невелика, и руководители Иных на других планетах, с тех пор как я попросил всех заняться этим вопросом вплотную, гораздо лучше проявили себя в смысле привлечения новых членов, чем вы. В чем же дело?

– Нас, кассидиан, не так легко во что-нибудь вовлечь, – заявил Иоганн. – Мы ведь здесь не голодаем, как некоторые.

Блейза крайне заинтересовал такой ответ. Лично он как раз считал, что кассидиане испытывают голод – голод по свободе, по достойному месту среди других народов и к тому же нуждаются в освобождении – от чего-то, чему они сами не смогли бы дать название. Он открыл было рот, собираясь заговорить, но Тони опередила его.

– В каком смысле? – с удивлением спросила она. Иоганн взглянул на нее.

– Большинству людей на нашей планете больше всего необходимо ощущение безопасности, а с этим у нас все в порядке, – ответил он. – Если им удается подыскать хорошую, достаточно высокооплачиваемую должность и выйти на пенсию чуть более богатыми по сравнению с тем, когда начинали работать, люди счастливы. Основные потребности любого из нас удовлетворяются – даже потребности жителей сельских районов и маленьких городков в самых глухих уголках планеты. Если у них и возникает нужда в чем-либо, правительство уже тут как тут с любой необходимой помощью. Кассидиане – практически самые благополучные среди всех остальных жителей Молодых Миров. Кроме разве что экзотов. Но можно сказать, экзоты сами не свои до всяческих исследований, так что сравнивать здесь нельзя.

– Занятно, – кивнул Блейз. – Сегодня в своем выступлении я как раз более или менее затрагивал именно этот вопрос. То есть вы хотите сказать, что ни ваша здешняя организация, ни то, что я говорю в своих лекциях, ни в коей мере не отвечает ни одной из их потребностей? Или вы имеете в виду, что у них просто нет никаких потребностей?

– Не совсем так, – сказал Иоганн. – Мы можем предложить именно то, что очень нужно большинству кассидиан, просто они боятся признать это. Естественно, как индивидуумы они имеют потребности. Может быть, именно поэтому некоторые люди и становятся хурами. У них начинаются приступы депрессии, кончающиеся тем, что они начинают метаться и убивать всех, кто попадется им под руку, – правда, всегда каким-нибудь холодным оружием вроде меча или ножа. Надо сказать, что обычно это бывает меч. Похоже, они от этого испытывают большее удовольствие, чем от какого-нибудь оружия, убивающего на расстоянии, – вроде излучателя, игольного или энергетического оружия.

– Да. Но знаете что, – вступила в разговор Тони, – у того человека был какой-то очень странный меч. Мне показалось, что он сделан из чего-то вроде твердого картона, только очень толстого, очень твердого и странного коричневого цвета. Причем очень грубый, как будто человек, понятия не имеющий о мечах, попытался выстругать нечто вроде палаша из доски.

– О, все очень просто, – пояснил Иоганн. – Такое оружие можно изготовить при помощи самых обычных инструментов, которые найдутся в любом доме. Фактически, если у вас есть станок, управляемый контроллером, достаточно лишь нарисовать то, что вам необходимо, и дать некое задание – ну, скажем, что у меча должны быть острые как бритва края, – и станок изготовит эту вещь сам в точном соответствии с вашим рисунком и указаниями. Тот меч, который вы видели сегодня, сделан из обычного искусственного материала. Возможно, у вас на Ассоциации он известен под своим исконным названием «пластик».