Шрифт:
В час. Тайный приказ.
Взрыв. Искра в овин!
— Шш… только двоим
Вам! Всюду-везде:
— Шш… только тебе… [25]
Вам… С'aм только лишь!
Вслед танкам? да ты ж,
Я ж. Конница—в тыл…
(День: сгнил — не забыл!)
А лица солдат!
В Сочельник — ребят:
Глаз скашивают,
Не спрашивают.
Губу закусив —
Что сласть-чернослив,
25
Подразумевается — говорю. (Примеч. М. Цветаевой.)
Скарб связывают,
Не сказывают.
Как есть тебе тюк!
Шальной каб не вдруг
Смех, спирт-нашатырь —
Ноздри во всю ширь!
Страстнее свиданья,
Светлее заутрени…
От вала — и дале —
От хутора к хутору —
Ржаным изобильем,
Пшеничным дождем —
Где пальцем водили —
Ногами пройдем!
Презренная горстка?
Услышите всенощну!
Над десятивёрстною
Картою — все мы тут! —
Ленок колониста,
Гвардейский пробор,
И ус тут, и лыс тут,
И просто бобер — [26]
Армейского кр'oю,
Военного пострига.
Баштаном — бахчою —
Oт острова к острову —
Под крики: здор'oво!
Под звон поселян —
Весь, весь завоевываем
Океан.
Степной. Ибо — с нами
26
Бобрик (стрижка). (Примеч. М. Цветаевой.) 2
Край! Двинем — и двинутся!
Какие названья!
Каховка… Любимовка…
В сам'oм уже звуке
Залегший успех.
Как сестрины руки
В предчувствии тех. [27]
Ногами зашаркали:
— Жданка! Березовка!
Давно не по карте
уже, а по воздуху —
Под крики: здор'oво!
Под взмахи: велик
Бог! — весь завоевываем
Материк
Шестой. — Д'oма погребут!
27
Руки любимой. (Примеч. М. Цветаевой.)
Тень на карту, следом — в пуд —
Вздох, покашливанье такта. [28]
— Господин поручик… так-что…
Еще раз бы… нужда истинна! —
Пулеметы…
(Вчера чищены)
ПОСЛЕДНИЙ ЧАЙ [29]
Горит огонек.
Дымит котелок.
Последний паек.
Последний чаек.
Сказать тебе в тай? [30]
28
Явление солдата. Последующая фраза о необходимости еще раз вычистить пулеметы доказывает, что солдаты давным-давно уже всё знают. (Примеч. М. Цветаевой.)
29
NB! Моя любимая глава. (Примеч. М. Цветаевой.)
30
В тай — тайком (народное). (Примеч. М. Цветаевой.)
Был кофеем чай
Тот. Кровь бережем:
Овес пережжен-
то кофий тот. Не в том, брат, сок,
Что — чай, а в том: прощай!
Овес, а то и кипяток
Пустой: прощай — так чай.
Посапывает — послухиваем.
В упор затянув ремень,
Сидим, сапожком постукиваем:
Сиденья последний день.
Посапывает — покипывает
Котел — не спускаем глаз.
А сердце тоска пощипывает:
Землянки последний час.
Ждала же нас! блюла же нас!
Юнец — (гудит как шмель)
— Уходим раз, не ляжем раз,
(Огонь) — гори, постель!
Охапинами, вяз'aнищами,
В костровый огонь — вдова,
Заслуженная, лежаночная
Сухая летит трава…
Краса ж у нас! жара ж у нас!
Юнец — кураж и грусть —:
— Уходим раз — не ляжем раз —
Никто не ляжет пусть!
(Тем Турция — серп, тем Сербия — крест:
Погост найди, где русского нет!) [31]
А в сердце тоска посверливает,
А в печке трава похрустывает.
Ни хлеба нет, ни обуви нет —
Раз вера есть — так Армия есть!
А в глотке сольца поскребывает,
А в трубке зола помаргивает.
Моргнет — и нет. Убьют — или нет?
Забыт — или нет? — Кипит — или нет?!
А в брюхе камса побуркивает,
А в печке трава попыхивает.
<31
Опережение событий: где кто — после той травы — ляжет. Турецкий серп и сербский крест как символы смерти. (Примеч. М. Цветаевой.)