– Уже барон Спассо?

Фэйл кивнул:

– Примерно половины Гласпита. Многие гласпитские бароны потеряли свои владения - кое-кто вместе с головами, - когда Омфрей бежал. Официально они участвовали в заговоре против его величества. Заговор был раскрыт благодаря неустанному бдению сэра Гарвана Спассо, причисленного за доблесть к рядам дворянства и вознагражденного владениями и землями заговорщиков.

– Но ты говорил, что и дела идут плохо.

Фэйл снова кивнул:

– Танитский бум лопнул. Все хотели войти в долю. Два последних корабля, "Попутный ветер" и "Добрую надежду"; вообще не надо было строить; они себя не окупают. Вы создаете собственную промышленность, строите свое оборудование, а на Граме это вызывает спад. Я рад только, что у Лавинии Карваль хватит вкладов, чтобы прожить безбедно. А рынок бытовых товаров переполнен тем, что привозите вы, и грамская продукция не выдерживает конкуренции.

Это было понятно. Каждый корабль, делающий челночные рейсы на Грам, нес в сейфах достаточно золота, драгоценностей и прочего, чтобы с лихвой окупить поездку. Товар, загруженный в трюмы, перевозился практически бесплатно, и на борт попадали вещи, которые в других обстоятельствах никто и не подумал бы тащить со звезды на звезду. А в двухтысячефутовом корабле очень просторные трюмы...

Барон Траск Трасконский даже не представлял, как дорого может обойтись его родной планете танитская база.

Как и следовало ожидать, беовульфцы закончили свой звездолет первыми. У них было все для его постройки, кроме нескольких технологических деталей. Аматерасу же пришлось вначале создавать промышленность, необходимую для создания звездолетных верфей. Корабль с Беовульфа "Дар викинга" прибыл на Танит через пять с половиной лет после того, как "Немезиду" и "Бич пространства" напали на планету; капитан корабля участвовал в той битве. Кроме плутония и радиоактивных изотопов, корабль привез большой груз предметов роскоши, которые всегда можно было выгодно сбыть на межзвездном рынке.

Продав груз и поместив прибыль в Танитском банке, капитан "Дара викинга" поинтересовался, кого он мог бы пограбить. Ему дали список планет - не слишком развитых, но все же не для курокрадов, и другой список - миров, которые грабить нельзя; тех, с которыми Танит торгует.

Шестью месяцами спустя они узнали, что "Дар викинга" объявился на Хепере, с которой Танит теперь тоже торговала, и наводнил рынок награбленными тканями, керамикой и пластиками. Скупал он мясо и шкуры креггов.

– Ты видишь, что наделал? - взвился Харкаман. - Ты думал, что создаешь клиента, а сотворил конкурента.

– Я создал союзника, Отто, - ответил Лукас. - Если мы найдем планету Дуннана, нам потребуется флот, чтобы выкурить его. И пара беовульфских кораблей нам не помешает. Ты-то должен знать, ты с ними сражался.

Харкаману было о чем беспокоиться. Совершая рейс на "Kорисанде-2", он прибыл на Витарр, одну из планет, с которыми торговали танитские корабли, и обнаружил, что ее нагло грабит посудина викингов с Шочитль. После короткой, но яростной схватки наглец был рад унести ноги. Харкаман отправился на Шочитль, прибыв туда сразу после неудачливого налетчика, и предъявил капитану и князю Виктору лично ультиматум - оставить в покое торговые планеты Танит.

– И как они это восприняли? - поинтересовался Лукас, выслушав его рассказ.

– Именно так, как ты думаешь. Виктор заявил, что его люди - космические викинги, а не гильгамешцы какие-нибудь. Я ответил, что мы тоже не гильгамешцы, и он в этом убедится, стоит любому из его кораблей ограбить нашу планету. Ты меня поддержишь? Конечно, ты всегда можешь послать князю Виктору мою голову с извинениями...

– Если я ему и пошлю что-то, так полное небо кораблей и груз планетоломов. Ты поступил совершенно правильно, Отто; я на твоем месте сделал бы так же.

На том и порешили. Больше корабли с Шочитль на торговые миры Танит не нападали. В уходящих на Грам донесениях этот инцидент не упоминался - ситуация и без того ухудшалась слишком быстро. Прибыло аудиовизуальное сообщение от короля Энгуса лично; монарх восседал на троне и говорил резко и холодно.

– Мы, Энгус, король Грамский и Танитский, весьма недовольны нашим подданным Лукасом, князем и вице-королем Танитским, почитая его службу нам дурной и неверной. А потому мы приказываем указанному Лукасу вернуться на Грам, дабы дать отчет нашему величеству о своем управлении нашими танитскими владениями.

Лукас задержал ответ ровно настолько, чтобы успеть приготовиться. Он тоже восседал на троне; корона его была не менее роскошна, чем у короля Энгуса, а мантию украшали черные и белые имхотепские меха.

– Мы, Лукас, князь Танитский, - начал он, - не отказываемся признавать верховенство короля Грамского, бывшего герцога Уордхейвенского. Наше искреннее и единственное желание - оставаться в мире и дружбе с монархом Грамским и сохранять торговые отношения как с ним, так и с его подданными.