Вот он, замок наместника. Показались чёрные зубцы стен. Опущен подъёмный мост, движутся пятна света. Больше всего факелов на мосту и у ворот — слуги ждут своего господина. Верно, уже давно выслали к самому берегу осёдланных коней. Вот-вот появится наместник.

Раздвигает кусты стрелок, ждёт.

Из-за поворота дороги выехал Гесслер со свитой. Сзади устало плетутся солдаты.

Тщательно целится стрелок.

Немало диких зверей убил он в горах. Прожорливых кабанов, свирепых медведей, хищных волков. Но этот зверь всех прожорливей, всех беспощадней!

Летит стрела.

Не промахнулся стрелок. Даже не охнув, валится на бок австрийский наместник. Кинулись солдаты к Гесслеру. В испуге на дыбы встал конь — сбросил с себя седока. Вниз с обрыва в пропасть покатился всадник, и вдогонку с грохотом посыпались камни.

Растерянно столпились солдаты на краю обрыва.

А Вильгельм Телль потайной тропой ушёл в горы, туда, где ждали его верные друзья.

Звонят, звонят колокола на колокольне в Альтдорфе.

Как песня о свободе звучат они.

Славят колокола выстрел Вильгельма Телля.

Отозвались все колокола Ури и Шваривальдена. Из кантона в кантон понеслась радостная весть.

Оружейник Конрад работает день и ночь со своими подмастерьями. Куёт он мечи и наконечники для стрел. Уходят в горы и вооружаются вольные швейцарцы.

Не сразу придёт желанная свобода. Ещё восемь лет будет страна томиться под гнётом австрийцев. Но настанет тысяча триста пятнадцатый год, и в великой битве при Моргартене разобьют пастухи и крестьяне австрийское войско. Навсегда уйдут австрийцы с швейцарской земли.

Звоните, звоните, колокола свободных кантонов, славьте подвиг Вильгельма Телля!

Жил в городе Севилье молодой дворянин по имени дон Жуан Тенорио.

Природа щедро наградила его красотой и умом. Любезный, весёлый, приветливый, дон Жуан владел даром привлекать людские сердца. Даже хмурые старики, беседуя с ним, начинали улыбаться.

Он был смел — и доказал это в двух военных походах.

Он был богат и знатен, но не кичился своим богатством. Дон Жуана любили за простоту и щедрость.

Отец его дон Луис воспитал сына с большой заботой и во всём служил ему добрым примером. Когда дон Луис говорил о своём сыне, то высоко поднимал голову и глаза его светились гордостью.

Как-то раз он сказал дон Жуану:

— Сын мой, тебе уже двадцать лет. Пора подумать о женитьбе. Я не хочу принуждать тебя жениться на богатой и знатной, как делают иные не в меру суровые отцы. Ты волен выбрать невесту себе по сердцу.

Дон Жуан ответил со вздохом:

— Я сам думаю, что сыновний долг велит мне искать невесту. И я приглядывался ко многим девушкам. Порою одна из них казалась мне прекрасной и достойной любви, но, когда я смотрел на неё пристально и долго, в красоте её проступал изъян, незаметный вначале недостаток, и я уже не мог о нём забыть. О если бы можно было найти женщину совершенной красоты! Мне кажется, я не буду счастлив, пока не найду её.

— Сын мой, ты на ложном пути, — с печалью и тревогой ответил дон Луис. — Ты выбираешь жену, как знаток выбирает картину. Полюби свою избранницу всей душой, взгляни на неё глазами любви, и она покажется тебе совершенством. Вот путь к счастью. Я любил твою матушку и не находил в красоте её ни одного изъяна. Шли годы, а жена моя становилась для меня всё милее и милее. В моих глазах матушка твоя всегда оставалась совершенством красоты. Вот мой совет: выбери себе невесту по сердцу и не гляди на неё никогда холодным взглядом оценщика. Любовь довершит остальное.

Внимательно выслушал дон Жуан эти слова и подумал, что отец его, может быть, прав.

Не прошло и месяца, как дон Жуан обручился с девушкой настолько милой и прелестной, что из тысячи красавиц нельзя было бы выбрать лучше.

Дон Луис был рад от души и готовился ласково встретить невесту в своём доме.

В доме с утра до вечера суетились мебельщики и обойщики. Слуги чистили серебряные подсвечники. Повара точили ножи и вертела, как солдат точит оружие накануне боя.

Осталось только два дня до свадьбы, когда дон Жуан навестил свою нареченную, чтобы, по обычаю, вручить ей богатый подарок.

Как раз перед самым его приходом девушку что-то огорчило, и она не сумела согнать с лица тень досады. Жених заметил, что лицо её изменилось и словно подурнело. Губы стали тонкими и прямыми. Глаза потускнели и сузились.

Пристально посмотрел дон Жуан на свою невесту и не нашёл в ней прежней прелести. В тот же день он расторг помолвку под каким-то пустым предлогом.

По городу поползли слухи, что неспроста дон Жуан отказался от невесты перед самой свадьбой. Девушка плакала, не осушая глаз. Погибло её счастье, потеряно доброе имя.