С великим торжеством вернулся он в королевский замок. Во дворе окружила его толпа удивлённых воинов и слуг.

— Чему дивитесь? — спросил сенешаль. — Сегодня дракон наконец выполз из своего логова, и я снёс ему голову одним ударом.

Услышала об этом Изольда и в большом горе побежала к своей матери-королеве.

— Я никогда не стану женой лжеца и труса! — сказала она ей. — Не верю, что сенешаль убил дракона: он боится собственной тени. Присвоил он чужую славу. Матушка, умоляю вас, поспешим на место битвы! Наверно, дракона сразил какой-нибудь храбрец и сейчас лежит там израненный! Найдём его! Спасём, если это ещё возможно.

— Охотно, дочь моя, — ответила королева.

Умела она варить целебные настои из трав; многие звали её чародейкой.

Наполнила королева ирландская золотой флакон целительным бальзамом. Мать с дочерью вышли из замка через потаённую дверь. Было уже темно, но золотые волосы Изольды освещали дорогу ярче факела.

Вот у подножия холма чернеет безголовое туловище, и зловонная кровь ещё льётся потоком. А поблизости лежат мёртвый конь и опалённый пламенем щит. Видно, выронила его рыцарская рука.

— Никогда не было у сенешаля ни этого коня, ни этого щита! — воскликнула Изольда. — Подлый обманщик!

Кто это простонал так жалобно? Откуда донёсся стон?

Побежала Изольда к ручью. На берегу груда сухих веток, а среди них блестит золотая шпора. Отбросила Изольда ветки в сторону.

Вот победитель дракона!

Сняли они шлем с Тристана. Королева ирландская влила несколько капель бальзама в полуоткрытый рот Тристана. Вздохнул рыцарь, пошевелился.

По приказу королевы перенесли Тристана в замок. И увидела королева: отравлен Тристан ядом, который источал язык дракона, ранен драконьими когтями, обожжён пламенем. Поручила она больного рыцаря заботам дочери своей Изольды.

От матери своей научилась Изольда лечить болезни и раны.

Страшно лицо рыцаря, обгоревшее, с невидящими глазами. Но велико искусство Изольды-целительницы.

Наложила Изольда одну повязку на лицо рыцаря, другую на глаза, третью на грудь. Десять дней, десять ночей нельзя прикасаться к повязкам. На одиннадцатый день можно снять их. К этому времени заживут самые глубокие раны, ни одного рубца не останется.

Десять дней томится Изольда — ждёт, кого судьба судила ей в мужья. Десять дней томится Тристан в полной тьме.

Но вот пришёл срок. Сняла Изольда повязки с Тристана. Сейчас снова увидит он солнечный свет…

Открыл глаза Тристан и увидел — перед ним золотоволосая дочь короля. Никогда не видел подобной красоты Тристан.

Стал Тристан беседовать с Изольдой, но не открыл ей своего имени.

«Как прекрасен этот рыцарь — так же красив, как и храбр, — подумала Изольда. — Только почему хмурится чужестранец? Чем не угодила я ему?»

И вспомнила Изольда! Не приказала она слугам вычистить оружие прекрасного рыцаря.

Принесли слуги меч незнакомца. Смотрит Изольда: меч с одной стороны выщерблен. Словно кто-то толкнул Изольду прямо в сердце. Побежала она к себе в покои, достала из ларца осколок стали.

Осколок этот собственными руками вынула она из черепа дяди своего Морольта.

Приставила к мечу осколок — пришёлся в точности.

Это Тристан, убийца дяди. Вот почему он скрывает своё имя. Потемнело в глазах у Изольды. В гневе поднялась она со скамьи. Нет, не останется Морольт Ирландский неотомщённым. Своей рукой вонзит она кинжал в грудь убийцы.

Крепко спал Тристан. Не ведал, какая опасность над ним нависла.

Вот вошла Изольда, приблизилась к спящему Тристану, вот занесла над ним кинжал. Но в этот миг очнулся Тристан и открыл глаза. Видит Тристан кинжал, занесённый над ним, но не на кинжал глядит Тристан. Не отрываясь смотрит он на прекрасное лицо Изольды. И опустилась рука с кинжалом. Молча ушла Изольда.

«Она раскрыла мою тайну и теперь ненавидит меня, — в тоске подумал Тристан. — Не согласится она уехать со мной в Корнуолл. Надо бежать отсюда».

Но королева-мать, не ведая ни о чём, стала просить Тристана:

— Чужестранец, дочь моя Изольда Золотоволосая исцелила тебя. Спаси и ты Изольду. Легче ей умереть, чем стать женой сенешаля. Раскрой же его обман перед королём. В присутствии всех наших рыцарей уличи сенешаля во лжи. Тогда отдаст тебе король Изольду в жёны. Только храбрый рыцарь достоин стать её мужем.

— Хорошо, королева! — обещал Тристан. — Изольда станет женой храброго рыцаря.

«Но не моей, — сказал он себе. — Королю Марку привезу её, сдержу свою клятву. Станет Изольда королевой Корнуолла, и я хоть издали смогу любоваться её красотой».