ДозирЭ удивленно оглядел молодого низкорослого авидрона. В розовой молельной накидке на плечах, с молитвенными дощечками в руке, прихожанин ничем не напоминал грязного бродячего мелодина с лючиной.

— Действительно, — согласился ДозирЭ, — голос у него великолепный.

— Скажу тебе больше, — сообщил Сюркуф, которому весьма польстила прозвучавшая довольно искренне похвала. — Я не сомневаюсь, что он мог бы служить лицедеем и мелодином даже в амфитеатре Дэориса, а следовательно, был бы почитаем всей Грономфой. Но Шагрэй предпочел другую стезю, и уверяю тебя, совершенно об этом не жалеет… Однако о деле — времени у нас совсем немного. Ты, конечно, не ожидал меня здесь увидеть и снедаем любопытством: что заставило меня проделать столь долгий и утомительный путь, что привело в Карле Ролси собственной персоной? Что ж, позволь мне сразу предвосхитить твои вопросы…

И Сюркуф, покопавшись в многочисленных складках своего эпострофика, просторной длиннополой одежды, носимой жрецами храмов Инфекта, вынул небольшой почтовый жезл, из которого на свет был извлечен тугой свиток, и протянул его ДозирЭ:

— Прочитай!

Тот быстро пробежал глазами первые строчки и понял, что в его руках — письмо главного иргамовского военачальника Хавруша, адресованное Бредерою.

— Что это? — поднял изумленные глаза ДозирЭ.

— Это разгаданная тайнопись, голубиное послание, которое удалось перехватить, — объяснил Сюркуф.

— Невероятно! — невольно вырвалось из уст молодого человека.

— А ты как думал! — осклабился сановный посланник Круглого Дома. — Я же тебя предупреждал — кругом враги. Читай дальше…

ДозирЭ изучил содержимое ониса самым обстоятельным образом, жадно и встревоженно поглощая фразу за фразой.

«…Бредерой, не бойся ничего. И помни того, кто сделал тебя свободным, того, кто тебя озолотил, кто вернул тебя в объятия родины. Твоего доброго и щедрого хозяина. Верь в меня и будь по-прежнему мне предан. Я же взамен вознесу тебя до таких вершин, которых ты и не видел. Авидроны сделали тебя рабом, я же сделаю тебя ИНТОЛОМ», — закончил чтение молодой человек.

— Возьми себе этот онис, он может тебе пригодиться, — разрешил Сюркуф, — и учти, что, несмотря на то, что мы подбили почтового голубя Хавруша, его послание всё равно попадет в руки Бредероя. Подобные письма обычно отправляют сразу несколькими способами: и по воздуху — птицей, и морем — на корабле, и с ловким посыльным, в расчете на то, что если одно или два письма будут перехвачены, третье обязательно достигнет цели. Поэтому будь осторожен, в ближайшее время тебя и твоего друга, эжина Идала, попытаются убить.

— Что от меня требуется? — спросил ДозирЭ, пряча свиток за пазухой. — Ведь не для того же ты явился в Карле Ролси, чтобы всего-навсего предупредить меня об опасности?

— Ты прав, сюда меня привели более веские причины. — Взгляд Сюркуфа потяжелел. — Круглый Дом приказывает тебе любыми способами схватить Бредероя и безотлагательно доставить его в Грономфу, — категорическим тоном потребовал он.

— Ого! — невольно вымолвил ДозирЭ, хоть и не привык обсуждать приказы. — Разве это возможно? Бредероя охраняют десятки лучших воинов-горцев. Даже если удастся его захватить, например, в Карле Ролси, вряд ли нам позволят беспрепятственно покинуть здешние места. Маллы несомненно отобьют своего вождя, сколько б охранников мы к нему ни приставили…

— Если понадобится, его будет сторожить целая партикула, — отрезал Сюркуф. — Тебе будут даны самые широкие полномочия: воспользуйся ими сполна. Этот малл, как видно из прочтенного тобой письма, — один из самых опасных врагов Авидронии. Он должен быть немедленно пленен и доставлен в Круглый Дом. Может быть, тогда удастся предотвратить новую войну. Действуй решительно, ибо промедление крайне опасно…

В течение довольно долгого времени ДозирЭ выслушивал разнообразные наставления и лишь изредка позволял себе что-то спросить. Когда Сюркуф наконец иссяк и дал понять, что встреча закончена, молодой человек, немало озадаченный, как-то нетвердо сообщил, что сделает всё возможное, чтобы выполнить это поручение, и, приложив руку ко лбу, покинул килякрий. Шагрэй, было последовавший за ДозирЭ, по знаку Сюркуфа чуть задержался.

— Что думаешь, удастся ли ему справиться с Бредероем? — спросил мнимый жрец.

— О, рэм, по твоей просьбе я давно наблюдаю за этим грономфом, и поверь мне, считаю, что он сделал для блага Авидронии столь много, что вряд ли кому-нибудь из Вишневых в этих краях удавалось добиться большего, — отвечал Шагрэй. — Он испытанный храбрец — таких поискать. Теперь он дружен с самыми известными малльскими вождями, дикари доверяют ему, словно своему соплеменнику. Готов поспорить на пол-инфекта, что настолько глубоко посланцы Круглого Дома еще никогда не внедрялись в сплоченные ряды гордых и скрытных горцев. Но это твое поручение — оно не под силу даже ему. Бредерой слишком умен, слишком непредсказуем. Это самый опасный, самый изощренный враг Грономфы. Каждый день гибнут и сотни мирных авидронов, и циниты гарнизонов. Но никто еще не сумел уличить Бредероя, хотя все знают: без него не обходится ни одно нападение. Добрая половина малльских вождей готова ему подчиняться. Маллы, которые живут в Карле Ролси, воспринимают его едва ли не как собственного бога, забывая об огнедышащем Якире. Стоит ему только бросить клич, и он соберет под свои знамена тысячи мужественных воинов, не ведающих страха и не знающих пощады. Скорее всего, пытаясь осуществить задуманное, ДозирЭ найдет здесь свою смерть. Разве сможет он в одиночку бороться с этим ужасным призраком горных хребтов? Здесь нужна целая армия…

— Ты знаешь, что все наши партикулы в Иргаме. Тем более что Божественный не хочет ссориться с маллами, желает, чтоб в горах царил мир, и ни за что не согласится на боевые действия, какими бы незначительными они ни были, — задумчиво сообщил Сюркуф, впрочем, начиная горячиться. — При этом, однако, Совет Пятидесяти Друзей поручает Круглому Дому все-таки покончить с Бредероем. Вот хитрецы! Было бы проще, если бы требовалось его убить, но мои военачальники настаивают, чтобы малла доставили живым, прямо в Грономфу, завернутого в его же шкуру снежного барса, и бросили к ногам Совета Пятидесяти, а может быть, и к ногам самого Алеклии. Вот подлость какая! В этой ситуации единственный выход — прибегнуть к хитрости. Так кому, как не ДозирЭ, поручать это важнейшее для Авидронии дело?