До угасающего слуха донеслись крики и улюлюканье. С севера из-за деревьев вылетел галопом конный отряд: одни всадники склоняли копья, готовясь к сшибке, другие на всем скаку натягивали короткие луки. Всадники в доспехах из перекрывающих одна другую желтых и голубых пластин и в шлемах, походивших на головы гигантских насекомых. Шончан, причем не меньше нескольких сотен. Нагрянули с севера. Мимо Вейрамона пролетела не муха, а целый осиный рой.

Ранд силился дотянуться до Источника, но в его состоянии это было все равно что пытаться нашарить в темноте иголку онемевшими пальцами.

Пришло время умереть, прошептал Льюс Тэрин. Ранд всегда знал: в последний час голос из прошлого окажется с ним.

Всего в полусотне шагов от Ранда тайренцы и кайриэнцы с оглушительными криками сшиблись с Шончан.

– Бейте их, псы! – воскликнула Анайелла, соскальзывая с седла рядом с Рандом. – Бейте!

А потом стройная, разряженная в шелка и кружева леди разразилась такой бранью, что покраснел бы, пожалуй, и фургонный возчик.

Пока Анайелла, держа коня под уздцы, переводила взгляд с Ранда на сражающихся и обратно, подоспевшая Айлил перевернула Ранда на спину и, опустившись рядом на колени, присмотрелась к его лицу. В ее больших темных глазах не угадывалось никаких чувств. А сам Ранд не мог даже пошевелиться, даже моргнуть. В ушах звенела сталь, отдавались крики.

– Если он умрет у нас на руках, Башир повесит нас обеих. – На сей раз тон Анайеллы не содержал и намека на жеманство. – А если до нас доберутся эти обряженные в черное чудовища... – Анайелла содрогнулась, подалась к Айлил, и Ранд неожиданно заметил в ее руках нож. На рукоятке поблескивал кроваво-красный рубин. Мгновение назад никакого ножа не было. – Твой Капитан Копий мог бы собрать достаточно людей, чтобы мы вырвались отсюда, – продолжала Анайелла. – Пока они хватятся, мы уже исчезнем, а потом вернемся в свои владения, и...

– Похоже, он нас слышит, – спокойно прервала ее Айлил, руки которой, затянутые в красные перчатки, нашаривали что-то у пояса. Тоже кинжал? Убирала она его в ножны или, наоборот, вытаскивала? – Если он умрет здесь...

Она осеклась. Обе женщины вскинули головы.

Прогрохотали копыта: два конных потока, обтекая лежащего Ранда, галопом неслись навстречу Шончан. Мчавшийся с мечом в руках Башир соскочил на полном скаку с коня. Грегорин Панар спешился с несколько меньшей ловкостью и, тоже размахивая мечом, закричал своим людям:

– За короля и Иллиан! Разите без промаха! За Повелителя Утра!

Лязг стали стал еще громче. Так же, как крики.

– Так и должно было быть... – проворчал Башир, глядя на обеих женщин с нескрываемым подозрением, но тут же, не теряя драгоценных мгновений, возвысил свой голос над шумом битвы: – Морр! Чтоб тебе сгореть вместе со всеми Аша’манами! А ну, живо сюда!

Разумеется, у него хватило ума не кричать, что сражен Лорд Дракон. Неимоверным усилием Ранду удалось приподнять голову, и он увидел спины иллианцев и салдэйцев, скакавших на север. Должно быть, Шончан удалось принудить к отступлению.

– Морр! – выкрикнул еще раз Башир, и молодой человек соскочил с коня чуть ли не на Анайеллу. Та надулась, выказывая неудовольствие подобной неучтивостью. Но когда Морр опустился над Рандом на колени и откинул с лица темные волосы, женщина поняла, что сейчас он будет направлять Силу, и попросту отскочила в сторону. Айлил отступила подальше, с не столь явной поспешностью, и ее кинжал с серебряной рукоятью вернулся в ножны на поясе. Исцеление не представляло особой сложности, хотя и было делом не слишком приятным. Для Исцеляемого. Прежде всего пришлось обломить оперение и резким рывком вытащить из раны стрелу. Ранд ахнул, но без этого было не обойтись, затем Морр прикусил кончик языка – иначе у него ничего не получалось – и свил поток для Исцеления. Простой и грубый – в искусстве Целительства он далеко уступал Флинну. Как, впрочем, и все остальные Аша’маны. Но и самое простое Исцеление остается Исцелением.

Ранд содрогнулся, его пробрало жаром, изо всех пор хлынул пот. Когда жар отхлынул, уступив место слабости, Ранд тут же услышал голос Льюса Тэрина:

Убей его! Убей его! Убей!

Заставив голос стихнуть до неразборчивого жужжания, Ранд поблагодарил Морра – чему юноша, кажется, удивился, – подхватил с земли Драконов Скипетр и, опираясь на него, поднялся на ноги. Башир хотел предложить руку, но отступил, повинуясь едва заметному жесту. Все видели – Лорд Дракон стоит без посторонней помощи. И никто не знал, чего это ему стоило. Рубаха пропиталась кровью, хотя полуисцеленные раны в боку – старая и новая поверх нее – казались мягкими на ощупь. Их Морр не Исцелил, но это не удавалось и никому другому.

Несколько мгновений Ранд молча взирал на женщин: Анайелла пробормотала нечто вроде поздравления и вымучила такую улыбочку, что он испугался – не взбрело ли ей в голову лизнуть ему руку. Айлил стояла очень прямо и очень спокойно, словно ни в чем не бывало. Неужели они собирались бросить его умирать? Или даже помочь ему умереть? Но если так, зачем они погнали в бой своих дружинников, которые первыми ударили по Шончан, и не подпустили врага к лежавшему Ранду? С другой стороны, Айлил вытащила кинжал, едва зашла речь о его возможной смерти.