– Месье инспектор, вам, наверное, не приходилось общаться с близнецами, иначе вы знали бы, что они способны хранить секреты, настоящие секреты. К тому же она с должным уважением относилась к одежде, которую я ношу, чтобы не рассказывать о ней месье Бобу.

Он продолжал смотреть на покойницу:

– У нее тоже были короткие волосы…

– Она говорила, что хотела следовать моде.

– Но вы ведь, сестра, добровольно остригли волосы не для того, чтобы следовать моде, а от самоотречения… Я прошу прощения, что напоминаю о некоторых тягостных деталях, но нужно подумать о похоронах.

Монахиня задумалась на минуту и ответила:

– Я попрошу нашу мать-настоятельницу, чтобы они состоялись в часовне приюта. Не думаю, что она откажет мне в этом, так как уже давала согласие на венчание там послезавтра.

– На послезавтра? Думаю, что вы можете оставить эту дату…

– Это ужасно.

– А ее жених? Его нужно предупредить.

– Бедный Джеймс! Я возьму на себя эту трудную миссию.

– Вам не стоит тянуть с этим. Не знаете ли, где он может быть сейчас?

– Должно быть, на корабле.

– В Марли? Хотите, я дам вам одну из наших машин?

– Я буду вам за это очень признательна. Вновь раздался телефонный звонок.

– Да, это я, – сказал инспектор, поднимая трубку. Его лицо осветилось улыбкой, когда он переспросил:

– Уже?.. Браво! Вот что я называю «хорошей работой»! Вези ее сюда, только смотри, ничего не говори! Она недовольна? Это не имеет никакого значения. Скажи ей, что это обычная проверка личности, и ее отпустят через полчаса.

Положив трубку, он сказал монахине:

– Браво! Они нашли брюнетку.

– Они не сделают ей ничего плохого?

– Все будет в порядке, сестра.

– Где они ее обнаружили?

– На улице Марбёф, когда она выходила из кафе. Бармен – наш осведомитель… Вы были правы, у нее красная спортивная машина. Они будут здесь через несколько минут. Как вы считаете, ваша сестра, сумев сохранить в тайне от любовника ваше существование, поступила так же и с этой девушкой?

– Я в этом уверена, Аньес сказала мне вчера вечером, что о моем существовании знал только ее жених.

– Значит, Жанин неизвестно, что у вашей сестры была сестра, как две капли воды похожая на нее?

– Вы можете быть в этом уверены.

– Тогда, сестра, я попрошу вас пойти на кухню и не выходить, пока я вас не позову.

– Зачем такая предосторожность?

– Чтобы сделать двойной тактический ход. Первый – когда она увидит свою подругу на постели…

– А разве ваши люди не рассказали ей обо всем?

– Мои люди говорят мало. Другим будет ваше появление. Девушка подумает, что сходит с ума, и во всем сознается.

– Но в чем может сознаться эта несчастная?

– Где прячется ее покровитель. Это все, что мы хотим узнать от нее.

– Вы считаете, она знает об этом?

– Если в тот момент, когда он сбежал, совершив преступление, у него было мало денег, первое, что он должен был сделать, – это пойти за деньгами к другой женщине, которая на него работает. А поскольку к этому времени она не могла много заработать, он, должно быть, приказал ей «обделать хорошенькое дельце» – это такое выражение, сестра, – чтобы принести ему как можно быстрее необходимую сумму. Наверняка он назначил ей место, где она должна этой ночью отдать ему деньги. Когда мои люди ее обнаружили, она была вся в работе и собиралась уехать с клиентом, которого подцепила в баре. Возможно также, что Боб попросил об этом и своих дружков, но меня это удивило бы: он должен их остерегаться, понимая, что они также могут быть осведомителями…

Он посмотрел в окно:

– Внимание! Молодая особа выходит из машины в сопровождении наших ребят. Я еще раз прошу прощения, сестра, что отправляю вас на кухню.

– Подчиняюсь вам, господин инспектор, так как вы должны делать свое дело. Но не находятся ли методы запугивания, к которым вы собираетесь прибегнуть, чтобы заставить говорить эту несчастную, в противоречии с христианской моралью?

– Увы, сестра! Я признаю это: так поступают только в полиции. Но, к сожалению, с некоторыми божьими созданиями только это может дать результат.

В гостиную ввели совершенно ошеломленную Жанин. В считанные секунды инспектор оценил ее, понимая, что она совсем из другого теста, чем умершая, и сказал ей без церемоний, указав на кресло, поставленное так, чтобы сидящему не была видна дверь в спальню:

– Садись…

– Я запрещаю вам говорить мне ты! Кто вы такой?

– Тебе показать мою визитную карточку? Разве недостаточно тех документов, которые предъявили тебе, задержав за работой?

Девушка не ответила.

– Так это тебя зовут Жанин?