Оказалось, что я всего лишь в четырех кварталах от магазина Грэхема! Хорошенькую шутку сыграло со мною подсознание. Мне жуть как захотелось поглядеть на Кеннета Грэхема, так сказать, «живьем», лицом к лицу. Искушение было почти непреодолимым, но я устоял перед ним и поменял направление своего движения на ближайшем же диске, который попался мне по дороге.

Пересечение тротуаров представляет собой вращающийся диск, к ободу которого по касательной примыкают все четыре движущихся тротуара, причем скорость внешней части диска равна скорости тротуаров. Из центра диска можно подняться по эскалатору, оказавшись над тротуарами, откуда можно было выйти на стационарные переходы к зданиям. Там же, в центре такого диска, можно было бы поймать такси, но мне еще хотелось поразмыслить, и поэтому я сделал на диске только полоборота.

Я мог зайти в магазин Грэхема, и со мною скорее всего ничего особенного не случилось бы. Я бы напустил на себя маску безысходного отчаянья, долго переминался с ноги на ногу, прежде, чем попросил бы у Грэхема экстатический штепсель, громко выражал бы свое беспокойство в отношении того, что на это скажут моя жена и друзья, а затем в самый последний момент как бы передумал. Он бы отпустил меня на все четыре стороны, понимая, что в случае моего исчезновения, меня незамедлительно хватятся. Может быть…

Но скорее всего дело обстоит так, что Лорену о РУКА известно намного больше, чем нам о нем. Вполне возможно, что Грэхему в один прекрасный день уже показывали мое голо. Стоит известному агенту РУКА посетить его заведение, как Грэхем ударится в панику. Рисковать не стоило.

Тогда, черт побери, что еще я в состоянии сделать?

Приходилось снова вернуться к своим размышлениям. Итак, непоследовательный убийца… После такой во всем тщательности, после такой «ловли блох» — и вдруг оставить Оуэну возможность выдернуть вилку из розетки и уйти подобру-поздорову либо допустить, чтобы его обнаружил какой-нибудь назойливый коммивояжер или просто случайный взломщик, или…

Нет. Гипотетический убийца Ордаза, подобно ястребу, глаз бы с него не спускал. В течение месяца.

Вот так, наверное, скорее всего и было. На следующем же поворотном диске я взял такси.

Такси подбросило меня на крышу жилкомплекса «Моника». В вестибюль я спустился в кабине лифта.

Если управляющий и удивился, увидев меня, он этого ничем не выказал внешне, пригласив меня жестом в свой офис. Офис казался намного просторнее, чем вестибюль, возможно, из-за того, что здесь были особенности, нарушавшие унылое однообразие анонимно-модернового оформления: эстампы на стенах, небольшой черный вытянутый след на ковре, оставленный, должно быть, сигаретой одного из посетителей, голо Миллера и его жены на широком, почти пустом письменном столе. Он подождал, пока я сяду, затем выжидающе наклонился вперед

— Я здесь по делам РУКА, — сказал я и передал ему свое удостоверение.

Он вернул его мне, не удосужившись открыть более, чем наполовину.

— Как я полагаю, все по тому же самому вопросу, — без особого энтузиазма произнес он.

— Да. Я убежден в том, что у Оуэна Дженнисона должны были здесь бывать гости, пока он проживал в вашем заведении.

Управляющий улыбнулся.

— Это просто неле… невозможно.

— Я так не считаю. Ваши голокамеры снимают посторонних посетителей, но не обращают никакого внимания на постояльцев, разве не так?

— Разумеется, это так.

— Значит, Оуэна вполне мог посетить кто-либо из проживающих в этом здании.

Управляющий, казалось, был поражен моей настойчивостью.

— Нет, определенно нет. В самом деле, мне непонятно, почему вы так в этом упорствуете, мистер Гамильтон? Если б мистера Дженнисона нашли в таком плачевном состоянии, об этом непременно бы сообщили!

— Я так не думаю. Так могли или нет посещать его любые другие ваши постоялицы?

— Нет. Нет. Камеры снимают любого, кто не проживает на данном этаже.

— А что можно сказать, о тех, кто живет на одном и том же этаже?

Управляющий неохотно покачал головой.

— Д-да. Что касается голокамер, то это возможно. Вот только…

— Тогда я хотел бы попросить у вас снимки всех постояльцев, которые снимали квартиры на восемнадцатом этаже на протяжении последних шести недель. Перешлите их в контору РУКА в центре Лос-Анджелеса. Договорились?

— Разумеется. Они будут у вас через час.

— Вот и прекрасно. Теперь вот еще что пришло мне в голову. Предположим, кто-нибудь выходит на девятнадцатом этаже, а затем спускается на восемнадцатый. Его голографируют на 19-ом, но не на 18-ом, верно?

Управляющий снисходительно улыбнулся.

— Мистер Гамильтон, в этом здании нет никаких лестниц.

— Только лифты? Разве это не опасно?

— Вовсе нет. У каждого лифта есть автономный источник электропитания. Это общепринятая практика. Ведь в общем-то кому захочется подниматься пешком восемьдесят этажей, если лифт откажет?

— Ладно. И вот еще, последнее. Может ли кто-нибудь вмешиваться в работу компьютера? Может ли кто-нибудь решить не делать определенные снимки, например?

— Я., я, мистер Гамильтон, не эксперт в вопросах эксплуатации компьютеров. Почему бы вам с этим вопросом не обратиться непосредственно к фирме-изготовителю? «Колфилдбрэйнз Инкорпорэйтед».