— И что будем делать?

Мои вопрос отвлек шаманов от тихой беседы о своем, шаманском.

— Эчеррин, мы подождем хозяев плетения и будем вести переговоры. — Дед старательно объяснял мне, с его точки зрения, очевидные вещи. — Ты сказал, что в подвале пять сильных магов, нас трое плюс ученики, так что людям просто некуда деться.

Шаманы спокойно обсуждали какие-то одним им известные события, бойцы давно заняли свои места в цепи, охватывающей весь замок, дирижабли зависли в пределах видимости, но слишком далеко для активной атаки — ждали реакции осажденных. Люди вообще не показывали своего присутствия, лишь несколько теней мелькнули в оконных проемах, в парк и к воротам никто из чеданцев выйти не изволил. Солнце поднялось уже высоко, ярко освещая место будущего боя, тишину нарушали лишь редкие орочьи команды и далекий собачий лай — совершенно ничего не происходило…

Тут я обратил внимание на группу учеников Зуррина, которые собрались у одних из ворот в королевский парк и явно плели какое-то заклинание — силы использовали мало, но шаманили старательно. Присмотревшись, я понял, что они вытягивают водяную жилу на поверхность прямо под стеной парка — не понял, они что, ходят промыть проход под оградой и рунными камнями? Я уже собрался озвучить свой вопрос, но Торрин успокаивающе махнул рукой и мы стали ждать развития событий.

Сначала около стены провалился грунт, а в образовавшейся яме забурлила вода. Ученики Зуррина продолжали тянуть жилу и вскоре вдоль ограды потек набирающий силы поток воды, несущий с собой грязь, мелкие камни и песок. Через некоторое время под стеной и фундаментом образовалась большая промоина, ограда опиралась на края глубокой ямы, но не ломалась — периметр был замкнут и плетение щита работало. Мало того, там, где щит и вода соприкасались, раздавалось шипение и валил пар — значит, пролезть под оградой через ямы было невозможно.

Орки не остановились на достигнутом, так как к делу приступили два более сильных шамана — они стали замораживать прибывающую на поверхность воду. У края ямы появился тонкий ледок, вода била из-под земли ключом, выплескивалась на лед и намерзала сверху. Со стороны это выглядело, как будто из промоины рос широкий конус льда с отверстием посередине, из которого бил столб воды. Достигнув фундамента, лед стал нарастать на него, потом подниматься по стене, проскакивающий сверху огненный щит не успевал растопить всю застывшую воду. Вот послышалось потрескивание, звук стал усиливаться и, наконец, через стену зазмеилась первая трещина. Дальше дело пошло быстрее, так как нарастающий лед давил на ограду снизу, трещин в кладке становилось все больше, они расширялись, ветвились и вот — из ограды стали выпадать куски. С нашей стороны камни и прочий строительный мусор подхватывали орки и быстро относили в сторону.

— Первый есть!

Крик мага Че, внимательно следившего за плетением щита только подстегнул энтузиазм шаманов, ломающих стену — казалось, лед стал нарастать, а ограда разрушаться быстрее. Насколько я понял, удалось выломать первый из рунных камней, на которые опиралось плетение огненного щита, но заклинание работало, лед шипел и парил через каждые два удара сердца. Шаманы продолжали наращивать лед, бойцы таскали вываливающиеся куски, а плетение выполняло свое предназначение. Наконец, после пятого камня все увидели узкий треугольный щит, который застрял у края разрушенной стены, переливался почти белыми всполохами и быстро подергивался, как будто ему не терпелось продолжить свои путь. Раздался очень низкий звук, создавалось впечатление, что рядом тихо гудело что-то очень большое.

— Все назад!

Крик Зуррина заставил бойцов и шаманов разбежаться, и укрыться за рядом стоящими домами. Я увидел, что часть стены, на которую опирался остановившийся щит, стала раскаляться и краснеть, наконец, камни побелели и стали оплывать, а плетение как будто попятилось назад, на более холодный участок кладки.

— И что это? — Я никак не мог понять, почему разрыв цепи якорей не заставил плетение ликвидироваться. — Разве не должна была взорваться часть стены, разрушив всю защиту?

— Нет, — дед отрицательно покачал головой. — Существует и такой вариант, я уже видел у людей нечто подобное. Его используют при защите особо ценных объектов, которые боятся повредить в случае сбоя заклинания. Теперь, пока не оплавятся все рунные камни, плетение будет двигаться вдоль стены в обратном направлении, и лишь достигнув пролома, окончательно разрушится.

Разумно, если огненные плетения будут взрываться при любом повреждении, то вреда от них будет намного больше, чем пользы. Видимо, люди достаточно имели неприятностей при использовании силы Че, что бы предусматривать безопасное разрушение плетений. Однако, возвращаясь к нашим делам в столице, я задумался — раз мы вынуждены ждать полного разрушения стены… Кстати, а зачем ждать?

— Торрин, если мы остудим расплавленную часть стены, то можно будет занимать дворец Бруков.

Тут в наш разговор вмешался Зуррин.

— Не ожидал таких детских вопросов от главы клана.

Пустынник все никак не мог смириться с тем, что во главе весьма перспективного клана встал мальчишка, к тому же полукровка, поэтому пользовался любой возможностью, чтобы упрекнуть меня в недостатке знаний, так как магических сил было более чем достаточно. Старейшина между тем продолжил разговор.

— Что будет, если на раскаленный камень плеснуть воды?

— Он расколется на части, — что за манера задавать мне дурацкие вопросы. — Мы это видели, когда разрушали стену.

Что ж, я не против учебы в любое время — недостаток магического образования начинал меня изрядно тяготить. Буду рассуждать логически — если камень разогреть так, что он начнет плавиться, значит он будет очень-очень горячий, а вода холодная… Получается, что булыжник не только разломается на кусочки, но и кипящим паром их с силой раскидает во все стороны и камень просто…