Я так привык к присутствию в моем разуме Торрина, что уже почти не обращал внимания на его мысли, проскальзывающие на заднем плане моих размышлений. Сейчас я даже не мог с уверенностью сказать, чья это, собственно, была идея с заморозкой — моя или деда. Но получилось на удивление удачно — ледяная пробка перекрыла путь оставшейся воде и заодно поддержала свод коридора, не дав ему обвалиться. Теперь можно было перевести дух и не спеша рассмотреть, что же вышло, в конце концов, из нашей спасательной операции.

— Да выловите его! Что вы возитесь?

Крик Торрина заставил обратить внимание на происходящее вокруг, а посмотреть было на что — вся некогда уютная долинка меж высоких холмов была в следах взрывов, от снега не осталось и следа. На месте бывшего поселения находилась огромная яма, стремительно наполняющаяся водой — скоро здесь образуется приличных размеров озерцо, так что о тайном поселении в этом месте можно благополучно забыть.

Уже почти рассвело и мне прекрасно было видно, с какой неохотой пара орков пыталась вытащить из ледяной воды слабо барахтающегося человека — похоже, это единственный живой маг ЧЕ, попавший к нам сегодня в руки. Думаю, ему придется ответить на пару возникших к нему вопросов.

О, вот и любопытные прибыли, которые будут ему эти вопросы задавать — до нас, наконец, добрался караван Совета в полном составе, и из огромного транспортника выходили десятки орков и брали долину под свой контроль. Только получив подтверждение, что местность безопасна, к нам с дедом стали подходить члены "могучей кучки".

— Да, Торрин, изрядно ты здесь порезвился, — брезгливо поджимая губы, высказал свое отношение к произошедшему Зуррин. — Как я понял, ты не успел спасти людей? Крайне опрометчиво с твоей стороны, на них были возложены большие надежды.

Не понял. Это что, он хочет все потери от ночного боя поставить нам в вину? Я внимательно оглядел всех старейшин, однако, по лицам этих опытных вояк ничего нельзя было понять, но их молчание становилось весьма намекающим. Я ментально убедился, что дети живы и мои орки указали бойцам место, под которым находилась часть уцелевшего подземелья. Бойцы активно взялись за работу и скоро вытащили на поверхность двух дрожащих человеческих детей и нескольких измученных орков. Убедившись, что предмет разговора жив и, относительно здоров я решил вмешаться в высокопоставленный диалог.

— Люди живы, какие к нам еще претензии?

Несколько членов Совета одобрительно мне улыбнулись, но мешать Зуррину высказывать его точку зрения, не стали. Мои орки тем временем оказывали первую помощь нашим, пострадавшим в этом бою, на ногах осталась только боевая пятерка, так что вести долгие разговоры у меня не было ни времени, ни желания.

— А Совету уже не интересно, как два отряда храмовников Че оказались в глубине наших земель? — Конечно, по сравнению с ними я сущий ребенок, но и мне есть что сказать. — Эта ситуация ставит перед кланами задачу срочного поиска предателя в наших рядах, люди не пробрались бы сюда без орочьей помощи, а вас волнуют только мелкие вопросы престижа.

Скрежет зубов Зуррина был слышен, казалось, по всей долине, Торрин и остальные члены Совета с немалым интересом наблюдали за развитием событий. Похоже, свое право на самостоятельные решения мне придется доказывать здесь и сейчас. Тут несколько бойцов, кряхтя от натуги, дотащили до нас здоровую глыбу льда, один из орков старательно протер ее какой-то тряпкой, и мы все увидели человека, замурованного внутри, выражение ужаса на его лице говорило о том, что при заморозке он был еще жив.

— А это что?! — От Зуррина повеяло такой злобной радостью, что я понял, что с этим человеком что-то не так. — Это называется спас?

Так это не один из нападавших?

Упс! Неудобно получилось… 

Я ходил вокруг ледяной глыбы и прикидывал возможные пути размораживания ее содержимого, так как оставить человека в таком виде не было никакой возможности — Совет категорически потребовал вернуть пострадавшего в мир живых. Оказывается, этот мужчина являлся последним взрослым представителем рода Бруков (вспоминая лекции политической географии, которые читал мне в Стоглаве королевский герольд, в Чедане они имели некоторое влияние), поэтому кланы были сильно в нем заинтересованы. Но в таком состоянии "могучая кучка" не могла его использовать, поэтому я был назначен главным виновным в произошедшем (все тут же забыли, что без моего участия в тайном поселении нашли бы только следы пепла). Теперь главной моей задачей было вернуть новому главе рода Бруков пристойный вид, осталось решить сущую мелочь — узнать, как это можно сделать.

Я пока что видел только два варианта размораживания — "с головы" или "с хвоста", т. е. вначале попытаться восстановить функции мозга, а потом заняться телом, или наоборот. Так как раньше я никогда такого не делал, то и к возможным результатам этого процесса относился весьма скептически, но особого выбора не было — человек действительно нужен Совету, и желательно, в своем уме.

Конечно, такое важное дело никто не оставил на самотек — рядом со мной находилось несколько весьма опытных шаманов, имевших большой практический опыт исцелений, да и Торрин обещал помочь, но сейчас все зависело от меня. Если бы я только знал, как это сделать. Недостаток лечебной практики заставлял меня испытывать неуверенность в своих силах, к тому же в этом случае у нас была единственная попытка и в случае неудачи, пришлось бы оправдываться перед Советом, чего мне совсем не хотелось.