"В нашей профессии не принято расспрашивать о причинах…"

Неплохой жизненный принцип. И кстати платили Аде далеко не за составление досье на Трента. Впрочем, она сомневалась, что смогла бы сделать это, даже если бы ей действительно предложили за это деньги; никогда в жизни она не встречала человека так умеющего владеть собой, как мистер Трент. Каждый раз при разговоре с ним у нее появлялось ощущение, будто он улыбается в душе, словно знает какую-то весьма приятную тайну, в которую, так или иначе, посвящен лишь он один, но в нем также не было никакого высокомерия или надменности. Он был абсолютно невозмутим, а его приветливость казалась настолько естественной, что Вонг непроизвольно пугалась; она не могла разгадать его истинных мотивов, но подобная манера спокойно и шутливо вести разговор была ей хорошо знакома — она являла собой признак огромной власти, у такого человека определенно имелся план и все средства, необходимые для того, чтобы воплотить его в жизнь.

"Интересно, нарушила ли утечка его планы, что бы они из себя ни представляли? Или он был готов к непредвиденным обстоятельствам? Возможно, он и не планировал этого, но я не могу представить, чтобы выражение "застало врасплох" вообще имелось в словаре Трента…"

Ада слегка подалась назад, устало запрокинув голову, затем нехотя оттолкнулась от стола и сунула ноги в неудобные туфли. Прошло уже достаточно времени; несмотря на боль и усталость, она не могла позволить себе прохлаждаться слишком долго. В любом случае, она не рассчитывала выяснить что-то существенное, пока не покинет Раккун. Еще осталась пара мест, где мог скрываться Бертолуччи, которые нужно было обыскать перед тем, как спуститься в коллектор, к тому же она заметила, что некоторые из заколоченных окон первого этажа выглядели далеко не такими надежными, как она поначалу рассчитывала. Она не хотела бы оказаться отрезанной от выхода очередной группой инфицированных, вломившихся снаружи.

В ближайшей перспективе ей предстоял поход к «секретным» коридорам в восточной части здания и камерам предварительного заключения — внизу, рядом со стоянкой. Если она не найдет репортера ни в одном из этих мест, то придется смириться с мыслью, что он вовсе покинул участок, и сосредоточить все усилия на поисках образца.

Ада решила для начала проверить подвальный уровень; казалось маловероятным, что Бертолуччи смог обнаружить один из потайных проходов. Судя по статьям его авторства, которые она успела прочесть, журналистского таланта этому парню не хватило бы даже на то, чтобы отыскать собственную задницу. Кроме того, если он отсиживается где-то рядом с камерами, ей не придется больше тратить время, блуждая по участку и опасаясь неизбежного вторжения — вход в подвал находился внизу, а значит она могла попасть прямо в лаборатории, миновав все неприятности.

Ада вышла из офиса и тут же наморщила нос от нахлынувшего запаха гнили, который без особого толка гоняли по комнате лениво вращающиеся вентиляторы на потолке. В помещении, забитом столами, было семь или восемь тел — все полицейские, — и, по крайней мере, трое из них, в которых она стреляла, выглядели прилично разложившимися…

"…а разве я не оставила пятерых бродить здесь, как только проникла сюда?"

Ада остановилась, едва выйдя за пределы большой открытой комнаты, и заглянула обратно внутрь, уже стоя в узком коридорчике, ведущем к задней лестнице.

"Их ведь оставалось пятеро?"

Она точно знала, что прикончила пару из них за свой первый визит; остальные двигались слишком медленно, и Ада не посчитала нужным возиться с ними, так что их должно было остаться пять. И все же она обнаружила только троих, когда вернулась после своего импровизированного отдыха.

"Их было пять. Я, может быть, не в лучшей форме, но считать еще не разучилась".

Ада не сомневалась в своей способности замечать такие мелкие детали, и тот факт, что она не обратила на это внимания сразу, лишь подтверждал, как несказанно она устала за эти два дня; прежде Вонг не упустила бы такое из виду. Сейчас ей не удалось бы установить, были ли все из этих мертвецов застрелены кем-то еще или исчезли сами собой, не касаясь тел, представлявших собой сплошное месиво, однако самым разумным было бы считать, что некоторые из них до сих пор шатаются поблизости.

"Так или иначе, это ненадолго…"

Удалось ли зомби вырваться за пределы города или нет, «Амбрелла» должна будет вскоре предпринять хоть какие-то меры, если, конечно, уже не сделала этого. То, что случилось в Раккуне, было воплощением наихудшего кошмара любого акционера, и корпорация, разумеется, не собиралась оставлять без внимания эту проблему; они наверняка уже разработали меры по ликвидации последствий, как и собственную версию всего произошедшего, которую можно будет безбоязненно скормить прессе. И нет никакого сомнения в том, что «Амбрелла» попытается спасти образец вируса Биркина перед тем, как начнет устранять последствия, а значит Аде надо быть очень осторожной. Биркин, по всей видимости, тщательно скрывал все, что касалось его работы, и Трент предполагал, что «Амбрелла» рано или поздно пошлет поисковую группу… а учитывая нынешнее состояние Раккуна, можно было с определенной долей уверенности сказать, что "рано" — наиболее вероятный вариант.

"Надеюсь, команда будет состоять из людей. С ними я смогу справиться. А вот Тиран… такие трудности мне ни к чему".

Ада отвернулась от комнаты и направилась к закрытой двери, ведущей к лестнице в подвал. Кодовое название "Тиран" носила некая серия разработок «Амбреллы» в области органического оружия, серия, воплотившая в себе самые разрушительные стороны Т-вируса. По словам Трента, ученые из подразделения "Уайт Амбрелла" — те, что работали в секретных лабораториях — только начали ставить эксперименты над этой человекоподобной ищейкой, жестокой и обладающей нечеловеческими способностями, предназначенной для того, чтобы выслеживать любой запах или вещество, на которые она запрограммирована. Тиран, практически неуязвимое сочетание инфицированной плоти и хирургически внедренных имплантов — как раз подходящая тварь, чтобы послать на поиски, скажем, образца G-вируса…

Как только Ада добудет Тренту этот образец и получит обещанные деньги, то станет историей, лежащей где-нибудь на пляже и потягивающей «Маргариту». И неважно, что она чувствует или не чувствует по поводу того, сколько невинных погибло в Раккуне, или зачем Тренту нужен G-вирус — придется всего-навсего добавить еще один пункт в списке того, чего не требует эта работа.

Отгородившись от бесполезных мук совести, Ада начала спускаться по ступенькам, чтобы найти, наконец, проклятого репортера.