— Но…но я настаиваю.

Риджар подошел к девушке. Когда он словно невзначай поправил её выбившийся из причёски локон, Лайлек замерла. Он сделал это так, как будто она уже принадлежит ему и у него есть на то право! Его пальцы чувственно скользнули по её щеке. Неторопливо, он нагнулся к ней и легонько, по-кошачьи, потерся подбородком об её щечку. Какое-то время они стояли молча. Он прошептал своим дразнящим, низким, бархатным голосом:

— Ты же знаешь, что я не оставлю тебя в покое. Ни на минуту.

Только через какое-то время до неё дошел истинный смысл слов, завуалированный в его нежном прикосновении. Когда Лайлек поняла, что он имел в виду, она в ужасе отшатнулась от него.

— Ах, вы презренный! Я не позволю…

Крепко схватив её за плечи, он твердо произнёс:

— Ни на минуту, Лайлек. Я буду владеть тобой: утром, днём и вечером. Ты забудешь, какого это — не принадлежать мне.

Девушка побледнела.

— Пустите меня!

Не послушав её, он поцеловал её в горячий лоб.

— И, еще, моя Лайлек. Ты будешь наслаждаться каждой проведенной со мною минутой. Ты будешь жаждать моих поцелуев, прикосновений, моих…, - он многозначительно помолчал, — Думаю, ты поняла, о чём я.

— Вы зря надеетесь. Вы самонадеянны сверх всякой меры, ваше Высочество. Откуда такое самомнение?

— Это не самомнение. Такова моя натура, я никогда не даю пустых обещаний.

— А какая же у вас натура? Случайно не развратника, повесы… или может мерзавца?

Он только ухмыльнулся, как, обычно, практически доведя её до белого каления.

— Ты вскоре сама всё узнаешь.

* * *

Авиара.

Янифф поднимался всё выше и выше по скалистой тропе. Для такого старца как он — это было нелегкое испытание. Ветер, печально завывавший свою торжественную песнь над пиками и скалами “Скай Лэндс” не переставая, гулял в его кроваво-красных одеждах, пытаясь сорвать с него последний источник тепла. С некоторых пор путешествия перестали доставлять ему радость, не в первой философски признал мудрец. И всё же… Он свернул по тропинке. Здесь, на скалистом выступе, на краю земли, где небо и земля соприкасались, его ждал Трэд та`ал Янифф. Его новообретенный сын. Неподвижный силуэт Трэда казался частью этой необузданной, дикой земли. Янифф увидел тайный смысл в том, как Трэд смотрел за горизонт, как он опасно балансировал над пропастью, каким одухотворенным было его лицо. Обычно, тщательно прибранные в хвост длинные до талии волосы, сейчас свободно развивались на пронзительно стонущем ветру. Буря эмоций, тщательно скрываемых под маской невозмутимости, нашли союзников в этих неукротимых и неприступных скалах. И хотя Янифф не видел лица Трэда, старец знал, что его глаза закрыты. Да, дикий и необузданный. Трэд умело прятал свою истинную суть. Суть, обуреваемую страстями. То, что видел Янифф, многое открыло ему. Душа его сына говорила с ветром.

Соблюдая законы Авиары, Янифф наделил Трэда именем своего рода, после того как настоящий отец мальчика Тэрдар — могущественный маг стал отступником. Обезумевший отец отрёкся от своего сына. Тэрдар не только чуть не погубил его, но и стал причиной произошедших событий, которые могли изменить жизнь будущих поколений. У них будет много работы. Янифф остановился передохнуть. Мудрец тяжело опёрся на свой посох, но тягостное путешествие, не шло ни в какое сравнение с его тяжелыми думами. Трэд, скорее всего, не догадывается о его приходе.

— Зачем ты пришел, Янифф? — донесся уверенный голос Трэда.

Он знал. Янифф теперь точно уверовал, что сила Трэда возросла. Интересно, сколько бы он еще прятал её от меня и от Гильдии? Отец Трэда был магом шестого уровня. Не многие могли достичь такого мастерства. И все же, Трэд искренне считал, что наследие отца когда-нибудь сведет его с ума. Сила часто передавалась по наследству, у Трэда были основания думать так. И осознание этого мучило его. Ситуация складывалась сложная: с одной стороны Трэд не признавал своё наследие и свою силу, с другой — осуждал действия Гильдии Авиары по отношению к отцу, которые невольно причиняли ему боль. Янифф не мог осуждать его. Хоть он и не говорил, но всегда думал, что Трэд имеет на это право. Мальчик сильно страдал из-за выходок своего отца. Гильдия сейчас получает сполна за свои необдуманные действия. Из-за них Трэд отказался по праву занять свое место в Кругу Чарла. Янифф вздохнул. Если Гильдия узнает о реальной силе Трэда, они точно что-нибудь сотворят. Мальчик обладает редкими возможностями. Они не смогут оставить в стороне такой дар. Вот такие вот дела! Если пустить все на самотек возникнут большие проблемы. Но Трэду невозможно было что-то навязать. Он должен сам принять решение.

— Неужели я должен спрашивать разрешения, чтобы навестить своего сына? — Янифф подошел поближе к Трэду.

Трэд едва заметно улыбнулся. Он очень хорошо знал Яниффа. Старый мудрец никогда ничего не делает без веской на то причины. Он открыл глаза и посмотрел на Яниффа.

— Что от меня требуется? — спросил Трэд, отбрасывая все притворство.

Янифф сухо рассмеялся:

— Думаю, что от старости я стал очень предсказуемым, — мудрец сел рядом с Трэдом, — Интересный вид открывается отсюда.

— Ты же забрался сюда, чтобы не о достопримечательностях со мной говорить, — Трэд был груб в своей прямолинейности, как всегда.

Но он был человек чести, просто, он привык жить в одиночестве. Это тоже волновало старого Яниффа.

— Конечно, нет, — честно ответил Янифф. Мудрее всего быть с Трэдом искренним, — ты должен отправиться за Риджаром.

Светло — зеленый взгляд Трэда переместился на открывающийся перед ним вид.

— Зачем? — спросил он спокойно.

Терпение одно из больших достоинств Трэда, подумал Янифф. Самое важное качество для сильного мага. Особенно для того, кто отказывается принимать свою силу.