— Ты еще толкаться?! — взвизгнула женщина и ринулась на Татьяну Павловну.

— Я попрошу вас оставить мою мать в покое! — сухо произнес Кирилл, схватив ее за плечо. — И немедленно покиньте квартиру!

— Но… — возмущенно начала женщина. Кирилл раскрыл дверь в коридор и мягко подтолкнул ее к выходу.

— Ты еще, щенок, тут будешь… — продолжала она и злобно на него посмотрела.

— Уходите подобру-поздорову, — твердо проговорил Кирилл. — И лучше здесь не появляйтесь!

— А ты чего зубы скалишь? — спросила она, остановившись на пороге и развернувшись к Николаю Игнатьевичу.

— Иди, дурочка! — ответил он. — А то сейчас моя женка патлы тебе повыдирает, да и сынок, как видишь, тоже сурово настроен.

— Ну, попросишь ты еще у меня! — угрожающе произнесла она, сплюнула и стремительно покинула квартиру.

— А вот патлы я тебе выдеру, чертов кобель! Все никак не угомонишься?! — нервно проговорила Татьяна Павловна и придвинулась к мужу.

— Ты чего, чего? — тут же испугался он и попятился.

— Мы пошли, — четко произнес Кирилл, стараясь не смотреть на расстроенное лицо матери. — Вы уж тут без нас разбирайтесь. Мам, приеду, сразу позвоню.

Он не стал дожидаться ответа, взял Марику за руку и вышел в открытую дверь.

Когда они оказались во дворе, Кирилл опустил голову и быстро пошел вдоль дома к автобусной остановке. Марика не отставала. Солнце по-прежнему заливало улицы, но она уже этого не видела. На душе становилось все мрачнее.

— Ты прости за эту сцену, — сказал Кирилл, не глядя на нее.

— Ну что уж тут поделаешь? — вздохнула Марика. — А они… ну…

Она замолчала.

— Не волнуйся, — усмехнулся он. — Отец ее как огня боится. Мать хоть и тихая на вид, но приструнить его умеет. Есть поезд до Москвы на 18.30, без перехода сказал Кирилл, — на него точно успею. И в 7 утра уже выйду на Казанском вокзале.

Завернув за угол дома, они увидели, что к автобусной остановке только что подъехала маршрутка.

— Я побежал, — быстро сказал Кирилл, чмокнул ее в щеку и бросился к маршрутке.

Но Марика и не подумала отстать и побежала рядом. Они забрались внутрь и уселись на свободные задние места. Кирилл передал водителю деньги и повернулся к Марике. Его лицо раскраснелось, он выглядел возбужденным, глаза сквозь пряди челки ярко блестели.

— Хочешь проводить? — спросил он, едва перевел дух. — Не надо! Уезжай домой, прошу тебя!

Но она опустила голову и отрицательно покачала головой. Кирилл обнял ее за плечи и прижал к себе.

— Я вернусь через неделю, — прошептал он ей на ухо. — К началу занятий здесь буду. Обещаю звонить тебе ежедневно.

— Денег не хватит, — тихо проговорила Марика и всхлипнула, уткнув лицо в его поднятый воротник. — Мне кажется, ты бежишь от кого-то, — добавила она и подняла на него влажные глаза.

Кирилл вытер слезинки на ее щеках и поцеловал в кончик носа.

— Не говори глупостей, — ответил он. — Просто решил поехать к брату. К тому же не хочу присутствовать…

Он, не договорив, замолчал. Марика выпрямилась и заглянула ему в глаза.

— Но ведь необязательно тебе присутствовать на ее похоронах, — сказала она.

— Я думаю, что будут все наши из школы, — после паузы проговорил он грустным тоном и отвернулся в окно.

Они молчали до тех пор, пока не приехали на вокзал. Кирилл быстро пошел в кассы. Марика, кусая губы, двигалась за ним. Очередь оказалась небольшой, всего пять человек. Когда Кирилл подошел к окошку, то Марика внезапно достала из кармана куртки свой паспорт и протянула ему.

— Ты чего? — с недоумением спросил он.

— С тобой поеду, — ответила она.

— С ума сошла? — возмутился Кирилл.

Но Марика не ответила, выхватила его паспорт и протянула оба документа в окошко.

— Два купе до Москвы, — сказала она.

— Какой поезд? — равнодушно спросила оператор.

— Ближайший, — ответила Марика и взяла деньги из дрожащих пальцев Кирилла.

«Как хорошо, что я все время ношу паспорт с собой», — довольно думала она.

Марика получила его всего месяц назад. Кроме этого у нее появилась банковская пластиковая карточка с кругленькой суммой на счету. Как только Марике исполнилось 16, отец решил, что ей необходимо самой научиться распоряжаться деньгами.

— Ты не беспокойся, — сказала она, отходя от кассы и отдавая сдачу Кириллу, — я сейчас сниму деньги и верну тебе за мой билет. При вокзале есть банкомат. К тому же нам необходимо поесть, да и с собой что-нибудь прихватить из продуктов.

— Тебе необходимо для начала сообщить матери, что ты уезжаешь, — заметил Кирилл и вдруг улыбнулся.

Видя, что он начал приходить в себя, Марика тоже заулыбалась, а потом начала смеяться.

— Видел бы ты свои ошалевшие глаза, когда я у тебя паспорт выхватила! — говорила она сквозь смех. — Ой, не могу! Решил, наверное, что я сейчас с ним убегу, чтобы тебя не пускать. Да, Кирюфка?