Вот над мутной водой появилась первая голова, покрытая тиной и водорослями, тут же схлопотавшая между глаз тяжелую стрелу, опрокинувшую зомби навзничь. Впрочем, такая травма не была для него сколько-нибудь опасной. Еще несколько секунд, и первая шеренга в полном составе шагнула на берег, прямо под удары…

И тут Древлин очень пожалел о том, что их бойцы вооружены классическим оружием гвардии — мечи, копья… Сейчас куда больше подошли бы алебарды или тяжелые секиры, желательно вышедшие из гномьих кузниц. Что толку в копье, если пробитый насквозь зомби равнодушно перерубал древко копья и выдергивал обломок из своей груди> Даже не прекращая при этом движения. Мечи были более эффективны, и немногие алебардисты пытались рубить мертвецов, но в тесноте их оружие не всегда удавалось применять с пользой.

— Смотрите, сэр Древлин, они же… они же не сопротивляются! — выкрикнул Тайлер, теребя рукой эфес меча.

— Проклятие, Чар их задери! — ругнулся тот, все больше и больше хмурясь. — Они прорываются к стрелкам. Он повернулся к вестовому. — Эй, передай Деррику, пусть стрелки отходят…

Но было уже поздно. Зомби, потеряв в схватке четверть бойцов, все же прорвались к цели, учинив среди не обремененных доспехами стрелков настоящее побоище. Не раз кто-то из потерявших голову арбалетчиков в упор разряжал свое оружие в грудь смердящего, покрытого пятнами разложения противника, и стрела, с чмоканьем пробивая навылет разлагающуюся плоть, впивалась в тело его же товарища-арбалетчика, на беду оказавшегося на траектории выстрела.

Ряды соединенных войск смешались, утратив былую грозную стройность. И все же судьба зомби была предрешена — их было слишком мало, чтобы продержаться достаточно долго. Теперь они дрались каждый против всех, теряя конечности, а иногда и головы. Но и обезглавленные тела продолжали размахивать оружием, попадая с равным успехом и по врагам, и по своим.

И в этот момент вперед двинулись ряды остальной армии Теи.

— Надеюсь, они не собираются повторить этот переход по дну? — задал риторический вопрос Тайлер.

И они действительно не собирались. Теперь запели луки и арбалеты с другого берега. Упали первые фигуры, носящие Цвета того или иного лорда. А стрелки били, не особенно заботясь о том, попадут ли их стрелы в своих же зомби или найдут дорогу к телам гвардейцев соединенной армии. Ответных стрел почти не было — от отряда зомби осталось еще около сотни и, хотя минуты их были сочтены, они все еще не давали стрелкам Деррика использовать свои арбалеты по назначению.

Внезапно фигура, закутанная в плащ, дернула поводья коня. Лошадь, может, и обеспокоенная сущностью своего всадника, все же послушно двинулась вперед, вынося его почти к самому берегу реки. Берг, выпростав из-под плаща руки, забормотал заклинания, одновременно совершая сложные, но красивые в своей законченности и отточенности движения. Наконец он выбросил скрюченные пальцы вперед, с его языка слетели последние звуки формулы… Что-то похожее на рой снежинок устремилось к реке…

Первая льдинка, появившаяся на поверхности воды, была тут же увлечена потоком, но к ней добавились другие, еще, еще… Лед стремительно распространялся вверх и вниз по течению, захватывая все большее пространство. И вот Луанда оказалась скована ледяным панцирем. А спустя несколько мгновений на лед ступили первые бойцы герцогини, ступили спокойно и уверенно, ничуть не сомневаясь в прочности ледяного панциря. Кто-то поскользнулся и упал, кто-то споткнулся об упавшего и завалился рядом… но основная масса, все ускоряя шаг, стремительно двигалась к противоположному берегу, где смешавшаяся толпа ратников добивала уцелевших зомби. А над головами наступающих все также свистели стрелы, собирая свою кровавую жатву.

Тяжелый камень, выпущенный из катапульты, с силой ударился о лед. Пробей он ледяную корку, и тогда, может, весь импровизированный мост, порожденный магией некроманта, не выдержал бы… во всяком случае, именно на это надеялись те, кто сейчас орудовал у неуклюжих осадных орудий. Увы, этим надеждам не суждено было сбыться — лишь веер ледяных крошек брызнул во все стороны в месте падения метательного снаряда… и больше ничего. Еще один камень смел пятерых воинов: трое так и остались лежать неподвижно, один сумел подняться, его левая рука висела плетью, но это, похоже, ничуть не отбило у него охоту участвовать в атаке. Еще один ползком, волоча за собой сломанную ногу, пытался двигаться к берегу, где уже столкнулись первые из перешедших реку солдат герцогини и ошарашенные гвардейцы, еще недавно чувствовавшие себя хозяевами положения.

Примерно с полчаса шла отчаянная рубка. Зомби, иссеченные в капусту, уже не мешали арбалетчикам выполнять свою работу… правда, способных на это осталось не так много. К тому же наступающие и обороняющиеся смешались так, что даже опытный стрелок, спуская тетиву, не был до конца уверен, кому именно достанется тяжелый железный болт, легко пробивающий даже рыцарские латы, — врагу или своему же товарищу. Это не значило, конечно, что арбалетчики бросили свое громоздкое оружие и ринулись врукопашную — им платили не за это. Уцелевшие стрелки просто присоединились к группе телохранителей лордов. Древлину и его соратникам следовало отдать должное — у них хватило ума не бросаться, размахивая мечами, в гущу схватки.

К исходу этого получаса стало ясно, что умение берет верх над тупой готовностью погибать. Опытные бойцы соединенной армии сумели переломить ход боя, все увереннее тесня плохо обученных и разномастно вооруженных солдат Теи. Те же, в свою очередь, не испытывали страха перед гибелью и не думали об отступлении или бегстве, продолжая умирать под копьями и мечами и лишь изредка получая шанс захватить с собой в мир иной кого-нибудь из про-тивников.

— Мы проигрываем битву, Советник! — Хатвик осадил взмыленную лошадь возле невозмутимо сидящего в седле Берга.