— Айрин, я…

— Поэтому я и предлагаю спокойно сесть и все обсудить. Что-то подсказывает мне, что ты не будешь огорчен итогом этой беседы.

Рон шагнул за изгородь. Девушка протянула ему руку, и вдруг ее глаза округлились от испуга, как будто за его спиной она увидела нечто ужасное, нечто смертельно опасное. Он хотел повернуться, но не успел — тяжелый удар в висок бросил его на землю, заставив сознание померкнуть. Последнее, что он услышал, был пронзительный визг Айрин. Очень странный визг…

Беспамятство длилось недолго. Рон уже почти пришел в себя и хотел было вскочить, схватиться за меч, чтобы защитить подругу от неизвестной угрозы, но его остановил спокойный голос Ильтара.

— Зря ты вообще затеяла это.

— Откуда же я знала, что с ним будет эльф. — Мелодичный женский голос был приятен и нежен, но он не был голосом Айрин. Еще одна женщина в этом лесу?

— Когда выходишь на охоту, будь готова к тому, что сама угодишь в капкан, — глубокомысленно заявил голос Ильтара. — Ты попалась, дорогуша.

— Послушай, как там тебя… Ильтар, верно? Ну посмотри, я же не сделала этому теленку ничего дурного, верно?

— Не успела.

— Да я и не собиралась. Ты же знаешь, мне многого не надо. Так, поболтать по душам. Здесь редко бывают путники, к тому же он был один.

— Это ты так думала.

— Ну ошиблась я, ошиблась…

— Как тебя зовут?

Голос Ильтара отнюдь не отличался добродушием. Рон отрешенно подумал, что на эльфа это непохоже — женщина, кто бы она ни была, явно боялась Ильтара, а он этим беззастенчиво пользовался, все больше и больше ее пугая. В ответ на вопрос в тихом ночном воздухе прозвучало нечто странное, весьма похожее на переливчатое журчание ручейка.

— И что это значит? — Ильтар был холоден.

— Так меня зовут… — пояснил женский голос- А как выговорить мое имя на вашем грубом языке, я и не знаю. Ну, можешь называть меня Ручеек.

— Хорошо, Ручеек. Я прекрасно знаю, что ты собиралась сделать с моим спутником. Поверь, таких, как ты, я видел предостаточно. Ты не первая наяда, которая, на свою голову, попадается на моем пути. Кстати, Рон, ты ведь уже очнулся, верно? Можешь встать и познакомиться с нашей ночной гостьей. Имей в виду, кланяться необязательно.

Рон послушно поднялся. Поляна была ярко освещена «светляком» — магическим фонариком, который приплясывал над головой Ильтара. Свет был красивый, теплый — почти как солнечный. И сейчас гостью, неизвестно каким образом оказавшуюся на поляне, было прекрасно видно.

Это была невысокая девушка, довольно красивая, с чарующими раскосыми глазками и милым вздернутым носиком. Грива зеленоватых волос спускалась почти до земли. Под тонким куском полотна, являвшемся подобием одежды, угадывалась восхитительная фигурка. Она была боса, зато в волосах сияла изумительной работы диадема, украшенная искрящимися зелеными камнями.

Рон обернулся, обежал глазами поляну.

— А… а где Айрин?

— Айрин? Думаю, в Лебединой башне, — демонстратив но пожал плечами эльф. — А разговаривал ты вот с этой. Позвольте представить вам, сэр Сейшел, наяду, чье имя непроизносимо на нашем, как она выражается, грубом языке…

— Я никого не хотела обидеть, — прошептала Ручеек.

— Так вот, эта самая наяда, которая никого не хотела обидеть, буквально силой вытащила тебя из-за ограды. Если бы я не проснулся, друг мой, ты ушел бы следом за ней и спустя недолгое время оказался бы на дне ручья. Или озера. Скорее озера, верно, Ручеек?

— Ну, озера… Ильтар, я… я ведь отпустила бы его… правда…

— Конечно, она бы тебя отпустила, Рон. Видишь ли, перед нами удивительная наяда… наяда, которая говорит правду. Первый раз встречаю такую. И в последний.

В словах Ильтара было столько угрозы, что девушка съежилась от страха, став еще меньше и беззащитней. Рон лихорадочно пытался вспомнить хоть что-нибудь о наядах, хозяйках и хранительницах водоемов. Вспомнил он только одно — эти главы знаменитого «Бестиария» школы Сан он пролистал не читая. Очень жаль.

— Ты… ты меня… убьешь? — жалобно спросила Ручеек, с трудом выговаривая слова. Ее руки дрожали, а из прекрасных глаз ручьями катились слезы.

— Это хорошая мысль, — с каменным выражением на лице заметил эльф. Его рука теребила эфес меча.

Рон с удивлением отметил про себя, что наяда, несмотря на явную угрозу жизни, даже не пытается бежать. Она лишь тихо плакала, больше не моля о пощаде. Затем вдруг закрыла глаза руками и опустилась на колени, подставляя эльфу длинную, изумительно красивую шею. Рон почувствовал, как его начинает переполнять жалость к покорившейся судьбе наяде.