— Мигель Анхель Баррера? Но зачем ему это? Вы же сами говорили, что дон Мигель не фигурирует ни в одном вашем расследовании.

Вэга томит его в комнате для допросов три с половиной часа, в основном интересуясь его расследованиями якобы для выяснения мотива нападения.

Эрни побаивается, что Арт уже и не выйдет оттуда. Он устраивается в вестибюле и отказывается уходить, пока не появится его босс. А Шэг в это время едет в дом Келлера и говорит Элсии:

— С Артом все в порядке, но...

Когда Арт возвращается домой, Элсия в спальне упаковывает вещи.

— Я взяла нам билеты на рейс в Сан-Диего на сегодняшний вечер, — говорит она. — Поживем пока у моих родителей.

— Что случилось?

— Я боюсь, Арт. — И она рассказывает мужу о том, как ее преследовали, и про то, каково ей было услышать, что машину мужа расстреляли, а его самого отвезли в участок federales.

— Никогда раньше, Арт, я не была так напугана. Я хочу уехать из Мексики.

— Не бойся.

Элсия смотрит на него как на ненормального:

— Твою машину расстреляли, Арт.

— Они знали, что меня в ней нет.

— А когда они станут бомбить дом, то прежде проверят, что меня с детьми там нет?

— Семье они не станут причинят вреда.

— У них что же, — интересуется она, — существует такое правило?

— Ну да, — подтверждает он. — И вообще, охотятся они на меня. Тут личное.

— Что значит — личное?

Он долго тянет с ответом, и она не выдерживает:

— Арт, что ты имеешь в виду?

Он усаживает ее и рассказывает о своих прежних отношениях с Тио и Аданом Баррера. О засаде в Бадирагуато, об убийстве шестерых захваченных и про то, сколько лет он держал рот на замке насчет всего этого. Как это помогло Тио организовать свою Федерасьон, которая сейчас наводняет улицы Америки крэком, и что теперь он должен бороться и победить.

Элсия с сомнением смотрит на него.

— И ты взвалил весь этот груз себе на плечи?

Он кивает.

— Ты, похоже, очень сильный парень, Арт. Зря ты себя казнишь за прошлое. Ты ни в чем не виноват. Откуда ты мог знать, какая у Барреры цель?

— Иногда мне кажется, что я догадывался, только не хотел сознаваться себе в этом.

— И теперь, значит, ты должен искупить свою вину? Как? Уничтожить Барреру? Даже если это будет стоить тебе жизни?

— Ну... да.

Элсия, встав, уходит в ванную. Арту кажется, что ее нет целую вечность, на самом деле выходит она всего через несколько минут, идет в гардеробную. Вытаскивает его чемодан и швыряет на кровать:

— Поедем с нами.

— Не могу.

— Твой крестовый поход для тебя важнее, чем твоя семья?

— Нет, семья для меня самое важное.

— Вот и докажи это. Поедем с нами.

— Элсия...

— Желаешь остаться тут и вести справедливую борьбу? Прекрасно! Но если ты хочешь сберечь семью, то начинай упаковываться. Бери, чтоб хватило на несколько дней. Тим Тейлор сказал, он распорядится, чтоб остальные наши вещи упаковали и переправили по новому адресу.

— Ты говорила об этом с Тейлором?

— Он позвонил. Ты, кстати, этого не сделал.

— Но у меня не было возможности!

— И что, мне должно стать легче от твоих оправданий?

— Черт побери, Элси! Чего ты добиваешься?

— Чтоб ты уехал с нами!

— Ну не могу я!!!

Арт сидит на кровати, пустой чемодан рядом словно вещественное доказательство: он не любит свою семью. Но он же любит их, глубоко и сильно, а все равно не может заставить себя сделать то, о чем просит жена.

Почему не могу? — задает он себе вопрос. Может, Элсия права? И мне мой крестовый поход дороже семьи?

— Ты что, не соображаешь? — спрашивает Элсия. — Дело не в Баррере. Дело в тебе. Это ты сам не можешь простить себя. Ты одержим желанием наказать себя!

— Спасибо пребольшое за сеанс психотерапии.

— Да пошел ты, Арт! — Элсия защелкивает чемодан. — Я вызвала такси.

— Ну хоть позволь мне отвезти вас в аэропорт.

— Если сам не сядешь в самолет — нет. Я не хочу расстраивать детей.

Арт, подняв чемоданы, несет вниз. Стоит там, пережидая прощальные объятия с Хосефиной и слезы. Он присаживается на корточки обнять Кэсси и Майкла. Майкл ничего не понимает, а слезы Кэсси теплой влагой орошают щеку Арта.

— Папа, почему ты не едешь с нами? — спрашивает девочка.