К 1973 году Торнли начал переходить в другую систему убеждений. Он недоумевал по поводу многих аспектов дела, которое пытался сфабриковать против него Дж. Гаррисон, и постоянно размышлял над мельчайшими его деталями.

В сущности, все дело было построено на цепочке фактов, которые обычные люди называют простыми “совпадениями”. Юнгианцы и парапсихологи называют это синхронистичнос-тями. Гаррисон называл это “сходствами” и утверждал, что они доказывают существование “заговора столь гигантского, что потрясает воображение”. НоТорнли начинал верить в существование заговора. “Совпадения-синхронистичности” просто так не случаются, они подстраиваются. Вот почему Торнли, как и Освальда, сделали козлом отпущения: надо было сбить независимых следователей (вроде Гаррисона) с истинного следа.

По мнению Гаррисона, эти “сходства” свидетельствовали о том, что Торнли был участником заговора, члены которого осуществили убийство президента и подтасовали факты, чтобы сфабриковать дело Освальда.

Многие годы Торнли не сомневался, что все это было сплошным совпадением, но теперь он стал задумываться. Во время службы в морском флоте они вместе с Освальдом стали объектом внимания начальства и даже считались “смутьянами”, поскольку в то время открыто называли себя марксистами. Не могло ли случиться так, что военно-морская разведка заметила их внешнее сходство и начала готовить заговор, предусмотрев использование этого сходства в будущем?

Чем больше Торнли размышлял об этих вещах, тем больше тревоги вызывали у него эти “сходства” (или совпадения). В какой-то момент он даже отправился к гипнотизеру, пытаясь выяснить, не подвергли ли его в военно-морской разведке промыванию мозгов, не стерли ли затем воспоминание об этом и не управляют ли им долгие годы… а вдруг он и в самом деле был участником заговора, даже не зная об этом? Разумеется, гипнотизер не смог дать однозначное “да” или “нет” на этот вопрос.

Затем, в начале 1975 года, Торнли припомнил странный разговор, который состоялся у него с одним жителем Нового Орлеана, которого он называет м-ром М. Разговор шел о том, — вы готовы? — как убить президента и выйти сухим из воды. Обсуждение велось отвлеченно и теоретически (и Торнли и м-р М. были начинающими писателями, и задача состояла в том, чтобы придумать сюжет, который убедил бы читателя, что такое может произойти в реальной жизни), но на каком-то этапе м-р М. вдруг сказал, что лучше всего сработает техника использования людей, даже не подозревающих о том, что ими манипулируют. Позже до Торнли докатились слухи, что мистер М. входил в клан новоорлеанской мафии, хотя и был там довольно скромной фигурой.

Когда Торнли вспомнил этот эпизод, среди журналистов, занимавшихся убийством Кеннеди, широкое хождение получила версия о том, что убийство было делом рук мафии по наводке ЦРУ.

Неужели убийство Кеннеди провернула мафия вместе с военно-морской разведкой, а м-р М. во время того странного разговора просто проверял, не осталось ли в закоулках сознательной памяти Торнли воспоминаний о том гипотетическом промывании мозгов?

Примерно в это же время одна из организаций, занимавшихся Расследованием Убийства, “выдала” статью, в которой выдвигалась гипотеза о существовании многих Освальдов. Она была дальнейшим развитием гипотезы “двух Освальдов”, выдвинутой профессорами Попкином и Томпсоном… Согласно этой гипотезе, Освальд либо умер, либо был убит вскоре после увольнения из военно-морской разведки, причем разведка воспользовалась его удостоверением личности для прикрытия множества агентов, имевших с ним внешнее сходство.

А некоторые очень умные, академически образованные и не страдающие паранойей “расследователи” заговора начали обращать внимание на удивительные параллели между убийствами Кеннеди и Мартина Лютера Кинга Младшего; это была цепочка ложных следов, которая впоследствии сбила с толку и завела в тупик официальное и многочисленные гражданские расследования (в том числе и расследование Гаррисона).

Некоторые из этих ложных следов якобы вели к Фиделю Кастро. По мнению сторонников, это были уловки, намеренно вводившие следствие в заблуждение. Они безотказно срабатывали на тот случай, если развалится оригинальный сценарий о “наемном маньяке-убийце”. [75]

Торнли стал любопытствовать, в какой мере его жизнь в морской пехоте и после увольнения из нее была таким ложным следом. Затем Торнли прочитал о деле Роберта Байрона Уот-сона. Заключенный Уотсон выступил с обвинением, в котором утверждал, что подслушал план заговора об убийстве Мартина Лютера Кинга в одном из магазинов Атланты в 1968 году. Торнли показалось, что один из заговорщиков, описанных Уотсоном, имел внешнее сходство с м-ром М. ФБР провело расследование по этим фактам и признало их несостоятельными… Естественно.

Кроме того, такое же расследование провел чернокожий активист, комедиант и сторонник заговоров Дик Грегори, который признал эти факты убедительными. Естественно.

Зная политическую ориентацию того или иного человека, можно почти безошибочно — с 99 %-ной точностью — предсказать, поверит или нет данный конкретный человек в историю Уотсона, даже независимо от того, есть или нет факты, подтверждающие ее справедливость. (Ты — пленник того, во что веришь.) К одному оставшемуся проценту людей, чью реакцию на уотсоновские обвинения нельзя предсказать, зная их политические взгляды, — ведь только один человек из ста действительно хочет знать, что, черт возьми, происходит, — относятся те редкие люди на Земле, которые составляют счастливое исключение из касты кондиционированных роботов, мрачно описанных Гурджиевым.

Как вы помните, Торнли — один из основателей теологии дискордианизма, которая довольно подробно излагается в “Иллюминатусе”; и первый том этой трилогии посвящается ему и м-ру Грегори Хиллу, второму великому теологу дискордианизма. Как теперь выясняется, это посвящение было неудачным, так как м-р Торнли, уверенный, что разгадал загадки убийств Джона Кеннеди и Мартина Лютера Кинга, опасается, как бы его попытки раскрыть истину не были ошибочно приняты за способ рекламной раскрутки “Иллюминатуса”.