Пес в ответ махнул хвостом и, подойдя к гостям, стал их аккуратно обнюхивать. Андрей попятился, но уперся спиной в закрытую дверь. Пес шумно потянул носом воздух и коротко гавкнул.

— Что это значит? — спросил Андрей сиплым шепотом.

— Он признал тебя, не пугайся, — серьезно сказала Маша. — Он чувствует твой страх, а причины не понимает, вот и пытается взбодрить. Ты принеси ему кусок сахару в следующий раз — тогда он запомнит тебя. Погладь его, — предложила она.

Андрей посмотрел на собаку и осторожно тронул ее за хвост.

— Обязательно, — сказал он, убирая руку.

Пес еще раз гавкнул и уцокал куда-то в глубь квартиры. Сашка снова спросил:

— Так что случилось-то?

— Это всё мать, — отмахнулась Маша. — Я когда добралась в пятницу до дома, она набросилась, что я туда не позвонила, то не сделала, — тогда я взбесилась и устроила хорошую истерику. А потом еще одну, в субботу… — Маша хихикнула. — Мать в ужасе, а мне пришлось объяснять, что упала на айкидо и ударилась головой. Вот она и подумала, что травма у меня серьезная и мне не помешает отдохнуть.

— А ты что, айкидо занимаешься? — живо поинтересовался Сашка.

Маша кивнула. Ногой в мохнатом шерстяном носке она показала на скамеечку у двери.

— Снимайте обувь и проходите.

— И давно занимаешься? — стаскивая кроссовки, спросил Сашка.

— Пятый год уже, — ответила Маша.

Андрей присвистнул.

— Круто! А что раньше ничего не говорила?

— А зачем? — пожала Маша плечами. — Да никто и не спрашивал, — хмыкнула она.

Она провела их в гостиную, похожую на ту, что у Сашки дома. На толстом разноцветном ковре там уже лежал Макс, положив голову на лапы. Завидев ребят, пес лениво скосил глаза, чуть повел ушами и еще раз дружелюбно шевельнул хвостом.

Они все втроем уселись на угловой диван. Маша сунула плеер в карман халата.

— А слушаешь что? — спросил ее Андрей.

— Латынь учу, — будничным тоном сообщила Маша.

Сашка хмыкнул, у Андрея брови опять полезли на лоб.

— Зачем? — вытаращился он на нее.

— Tantum possumus, quantum scimus, — произнесла Маша и спросила: — Перевод нужен?

— Мне точно нужен, — со вздохом сказал Сашка. — Полиглоты, блин.

— Мы можем столько, сколько мы знаем, — перевел ему Андрей. И добавил, задрав вверх указательный палец: — Расширяй кругозор, лишенец! Изучение латыни имеет важное значение. На ней базируется фундамент европейской культуры.

— Побрекито, — прервала его Маша. Андрей насупился.

— Спорить не буду… Чего с тобой спорить?

Маша тотчас впилась в него круглыми глазами.

— Это он от избытка уважения, — коротко пояснил Сашка.

Не говоря ни слова, Маша перевела взгляд на него.

— Да что тут непонятного? — сказал Андрей с досадой. — Мы просто тебя уважаем.

— Со страшной силой, — добавил Сашка.

Маша зарделась. Андрей невежливо ткнул пальцем в сторону Сашки.

— Он мне поведал, кому мы обязаны тем, что всё еще живы. А то этот момент я как-то упустил. И теперь жутко об этом сожалею. Особенно после того, как Сашка в красках описал твой финальный рывок.

— Я думала, я вам мешала, — еще больше краснея, сказала Маша. — Я ж то и дело ругалась!

— Ты не ругалась, ты сетовала, — строго заметил Андрей. — Причем в правильных местах.

— Как теперь выясняется, — добавил многозначительно Сашка.

— Без тебя нас бы уже захоронили в глубинах той башни, — мрачно изрек Андрей.

— У подножия, — поправил дотошный Сашка. — Ты забыл, Джокер намеревался научить нас летать только до подножия. Без книги.

— Ее он приберегал для надгробия, — с отвращением сказал Андрей.

— Ну, оттуда хотя бы вид славный, — цинично заметил Сашка.

— А у нас есть пирог, — сказала не к месту Маша, — с рыбой, мама соорудила. Кто-нибудь хочет?

— Я хочу, — немедленно откликнулся Андрей. Сашка отрицательно помотал головой.

— Горе ты мое, — сказала Маша и через минуту приволокла на тарелке здоровенный кусок пирога с кружкой морса в придачу.

Одобрительно мыча, Андрей впился зубами в пирог. Но, не успев как следует прожевать, он всучил вдруг тарелку Маше, сунул кружку Сашке и сделал большие глаза.

— Я ж совсем забыл, — важно сказал он. — Тебе письмо! — Андрей завозился, доставая из кармана конверт. — Собственно, это нам всем письмо…

Измятый конверт Андрей вручил Маше, взамен забрав у нее тарелку с пирогом. Сашка с интересом наблюдал, как меняется Машино лицо по мере прочтения текста.

— И что это значит? — дочитав письмо, недоуменно спросила она.

— Я понял так, что всё было предопределено заранее, — забросив в рот последний кусок, промычал Андрей.

— За исключением ваших длинных носов, — немедленно усмехнулась Маша.