В кухню зашла Маша.

— Родители в гости идут, — скорчила она недовольную мину, — надо сидеть с младшим братом. Так что вынуждена проститься.

— Тогда и мне тоже пора, — встал Андрей из-за стола.

Подавая Маше рюкзак, Сашка сказал:

— Ты только не разболтай ничего брату.

— За кого ты меня принимаешь? — возмутилась она.

Натягивая на брови вязаную шапочку, Андрей пошутил:

— Учти, теперь наша судьба в твоих руках! А то ведь наложим на тебя заклятье молчания. Для устрашения.

— Что, и это можете? — удивилась Маша.

— Специально ради такого случая научимся, — улыбнулся Сашка.

— Саня! Са-аня! — послышался сквозь сон голос матери.

Сашка заворочался, но сон не желал его отпускать. Почувствовав, что с него тащат одеяло, Сашка протестующе лягнул ногой. Протест был проигнорирован.

— Санька, вставай! Андрей звонит.

Мама стояла над ним, теребя его за плечо. Сашка с трудом открыл один глаз.

— Что ему надо?

— Понятия не имею. Попросил разбудить тебя во что бы то ни стало. Говорит, дело не терпит отлагательств.

— А сколько сейчас времени? — потягиваясь и зевая, спросил Сашка.

— Девять часов…

Пожалев его, мама снова набросила на Сашку одеяло.

— Опять сидел до ночи в Интернете? — с упреком спросила она. — И долго?

— До часу, — буркнул Сашка, окончательно продирая глаза. Он с сожалением выбрался из-под теплого одеяла и пошлепал к телефону в прихожей.

— Что стряслось? — хмуро произнес он в трубку и, не прикрывая рта, зевнул.

— Спишь? — услышал он взволнованный голос Андрея. — Собирайся, мы тебя подождем внизу!

— Кто «мы»? — спросил Сашка, туго соображая спросонья.

— Мы с Машей. Давай быстрей! — поторопил Андрей. — Она нашла, где можно прочитать про Арпонис. Только спешить надо!

С Сашки мгновенно слетел сон. Уже больше месяца они с Андреем искали любые упоминания о таинственном Арпонисе, но без особых результатов.

Перерыв в Интернете горы информации, мальчики с началом зимних каникул успели посетить почти все более-менее серьезные библиотеки города и лишь однажды наткнулись на упоминание о древней легенде, в которой говорилось, что Арпонисом был уничтожен некий демон. Стало ясно, что Арпонис являлся оружием, но это было всё, что удалось найти.

Мама сердилась не зря. Сначала, после встречи с Джокером, Сашка только и делал, что читал до поздней ночи, пытаясь разобраться, что такое магия. Андрей объяснил ему кое-что и даже приволок пару старых книг из своей библиотеки, в которых Сашка ничего не понял, настолько сложным языком они были написаны. Потом он сам перелопатил кучу современной литературы.

Кое-что было интересно, но подавляющее большинство оказалось дешевыми поделками на страх читателю. Море мистификации и ничего серьезного. Однако Сашка заметил одну вещь — почти везде в этой весьма специфической литературе о магии говорилось как о чем-то реально существующем, материальном. Являющемся неотъемлемой частью того мира, в котором жил Сашка.

Количество странных случаев, описанных в литературе, было слишком велико, чтобы отбросить факт существования чего-то неведомого. Магия работала, но не у всех и не всегда. Самому Сашке, например, ни разу и не удалось зажечь хотя бы тот огонек, что у Андрея выходил как по заказу. Видимо, Андрей верил во что-то волшебное, а Сашка — нет. Хотя справедливости ради надо сказать, что и у Маши ничего не получалось.

Выходило, что окружавший их мир не однозначен. А степень его неоднозначности определяет степень способностей магов. Вот только Сашка не мог понять, то ли его мир содержал в себе магию, то ли существовал отдельный, магический мир. Если мир был един, то куда исчез Джокер с собакой? А если существовал отдельный мир магии, получалось, что он враждебный — ведь именно туда ушел Джокер. И тогда сама магия враждебна человеку, а значит, Великая Инквизиция была права в желании на корню уничтожить людей, называемых в то время колдунами и ведьмами.

В одном месте Сашка встретил интересную фразу: «Мы не можем открыть другие миры, потому что мы сами часть нашего мира». Но с другой стороны ведьма, использующая магию и живущая среди людей, принадлежит миру людей. Картинка у Сашки не складывалась.

Он стал изучать практические указания по магической практике и обнаружил еще одну интересную вещь — в большинстве из них зияли дыры в виде ссылок на какие-то непонятные методики, о которых ничего не рассказывалось. Видимо, как в любом деле, связанном с практикой, самой существенной частью обучения являлось общение с учителем, передача знаний и умения применять их напрямую.