— Ну и что ты предлагаешь делать?

— Уходите.

— Что?…

— Ему тоже не нужна лишняя возня, — сказал Шершень, доставая «магнит».

— Но…

— Валите, блин, нечего тут героев из себя корчить.

— Но у меня тоже «пушка». Может вдвоем?

— Иди отсюда, Кэп.

За спиной уже слышался шум. Патрули и зеваки. Люди любят драки, особенно смотреть на них со стороны.

— Я остаюсь, — глухо сказал Кэп.

— Твой выбор. Константин, идите.

— Куда?

— Вон к тому супервану, около которого стоят трое.

Костя отошел от них и по широкой дуге начал обходить «сэндмена».

— Почему он ничего не делает?

— Поди спроси…

Огонек тревоги в «стеклах» опять запульсировал. Шершень оглянулся.

Из толпы вышли двое. Мужчина и женщина. «Каркасы». Они не спеша проследовали мимо патруля, машин, кучки таксистов, повылазивших из своих машин, и подошли к тому месту, где стояли Шершень с Кэпом. Кобольд не двигался. Конур пятна не менялся. Четкая структура стабилизаторов и колышущийся между ними туман нанороя. Шершень увидел, что Костя присоединился к ребятам, стоявшим у супервана.

Мужчина и женщина подошли к ним.

— Уходи.

Кобольд не шелохнулся.

— Уходи… — сказал мужчина.

— …сейчас, — закончила женщина.

Суть того, что произошло потом, Шершень осмысливал потом долго. В беспокойные сны о войне, тревожившие его со времен, когда он был «солдатом удачи», вплелись символы и образы о вещах, которых он никогда не видел. Его «стекла», активированные в режиме «частично наложенной виртуальности», самопроизвольно перешли в полноформатный режим. Их фигуры стояли на тех же местах, где и в реальности, но окружающая обстановка изменилась. Потом еще и еще раз, с такой скоростью, что у него начала кружиться голова. Образы вертелись вокруг него с невероятной скоростью, такой, что он не успевал разглядеть ничего.

Они говорили. Эти двое… или трое… Сколько личностей привел с собой Кобольд и был ли разделенной сущностью Арбитр? Не важно. Скорость, с которой они обменивались информацией, была непостижимой для человеческого сознания. Может какой-нибудь гейткиперский деми-лич или адепт типа Net4er’a смогли бы выдержать этот поток данных, но Шершню оставалось только опустить руки и ждать когда полиморфы закончат свою «беседу». Последний образ, который ему удалось уловить — некий аппарат, диск в форме усеченного конуса, верхняя плоскость которого была чуть меньше нижней. На торце, густо оплетенном вязью тонкого орнамента, располагались изящные кнопки управления и разъемы для кабелей, четыре универсальные панели питания, преобразующие в электроэнергию самый слабый солнечный свет, на верхней плоскости — изощренный узор, при первом приближении напоминавший индийскую мандалу. Потом концентрические круги, расходящиеся из центра, пересекаемые прямыми линиями квадратов расплылись и реальность вернулась на свое место.

Свистопляска прекратилась, и реальность вернулась на свое место.

Контуры Кобольда изменились. Он превратился в плотный черный шар, по поверхности которого разбегались серые змейки. Несколько секунд повисев в воздухе, медленно поднялся и ушел в небо.

— И это все?… — с недоумением спросил Кэп.

— Тебе мало? — ответил Шершень, пряча «магнит» в карман пальто.

— Встретимся на…

— …«Вырлице»

…Шершень сидел на одной из открытых площадок, висевшей над пустым пространством Колодца, испытывая легкий дискомфорт от коктейля из агарофобии и боязни высоты.

Арбитр выбрал странное место. Открытое, со всех точек, на небезопасной высоте, в помещении, где все просматривается как визуально, так и через камеры полного волнового спектра.

Шершень смотрел по сторонам, время от времени потягивая безалкогольное пиво. Дико хотелось курить, но в этом месте это запрещалось.

Близнецы появились неожиданно. Они подошли к столику с разных сторон.

— Ты пришел один, прокси.

Близнецы сказали эту фразу в унисон.

Шершень выдержал паузу.

— Этот разговор между нами.

Близнецы присели.

— Почему ты не сказал, что остальные не собираются атаковать? Они ведь не планировали этого вообще. Ведь так?

— Да…

— …но если бы он знал, что…

— …вы знаете, то Кобольд действовал бы…

— …по-другому и он тоже…

— …действовал бы по-другому.

— После того, что ты сделал на вокзале, я вообще не понимаю, зачем мы тебе понадобились. Ведь ты мог остановить его еще там, за Периметром. Ведь так? Ты мог сделать это еще там?

— …Война запрещена.

— В правилах есть исключения.

— Нет исключений…

— …если ты сделал исключение, то это…

— …уже другие правила.

Шершень глухо кашлянул. С таким началом разговор мог перейти в пустопорожнюю философскую перепалку. Какая уже разница? Что случилось, то случилось. Но все же…

Арбитр прервал его размышления.

— Где модуль?

— Со мной. Я получаю то, что мне нужно, а ты возвращаешь Снеговику члена семьи.

— Что тебе….

— ….нужно?