На лице Филиппа появилась смущенная улыбка.

– Если ты о том случае в Египте... По-моему, это я спас тебе жизнь. А когда ты спасал меня?

– Только что, поскольку не выбросил тебя из окна прямиком в колючую изгородь. Так что сказала леди Кэтрин?

Филипп огляделся, убедился, что никто их не подслушивает, и произнес:

– Оказывается, у тебя есть конкуренты. Эндрю недоуменно моргнул.

– Прости, не понял?

– Ты не единственный мужчина, который пытается заслужить благосклонность моей сестры. Другие тоже проявляют к ней очевидный интерес.

Эндрю опешил, он точно получил пощечину. Почему он не предусмотрел такого поворота событий? Разумеется, другие мужчины тоже будут бросать вожделенные взгляды в сторону леди Кэтрин. Эндрю прочистил горло, желая убедиться, что не потерял голос.

– Интерес какого рода?

– Думаю, ты и сам можешь догадаться. Обычные романтические пассы. Цветы, приглашения, сувениры. Все в таком роде.

Раздражение вкупе с изрядной долей ревности охватило душу Эндрю.

– И она дала понять, что получает удовольствие от этих знаков внимания?

– Совсем напротив. Она заявила, что все эти джентльмены ее утомляют, ибо она... Дальше я цитирую: «не имеет намерения лишиться независимости, связав себя оковами с другим мужчиной». Должен сказать, что в последнее время моя сестра выражается крайне прямолинейно. Так что наличие других соискателей, – сочувственно улыбнулся Филипп, – создает не слишком обнадеживающий фон для начала твоей кампании. О чем, друг мой, я тебя уже предупреждал.

Эндрю мысленно отмел про себя эпитет «прямолинейная». Братья вечно преувеличивают, однако все остальное игнорировать не следовало. Глаза Стэнтона сузились.

– И кто же они, эти другие?

– Очнись, друг мой. Этот враждебный тон вовсе не подходит для дружеской беседы. Клянусь, никогда не видел в твоих глазах такого злобного огня. Надеюсь, он никогда не будет обращен в мою сторону. – Филипп помолчал несколько секунд и продолжил: – Она упомянула какого-то деревенского врача. Потом, разумеется, герцог Келби. Его имение по соседству с домом сестры в Литл-Лонгстоуне. А дальше следует список графов, виконтов и тому подобных джентльменов. Кое-кого из них можно увидеть нынче в этом доме.

– Здесь? Сегодня?

– С каких это пор у тебя появилась странная привычка повторять все, что я говорю? Да, здесь. Сегодня вечером. Например, лорды Эйвенбери и Ферримут.

– Наши инвесторы?

– Вот именно. И я убедительно прошу тебя помнить, что они непременно заберут свои вложения, если ты расквасишь их благородные носы.

– Полагаю, что поддать им под благородные задницы тоже исключается?

– Боюсь, что так, хотя, разумеется, подобное событие украсило бы вечер и весьма развлекло гостей. Кингсли, видимо, тоже предпринимал некие действия в отношении леди Кэтрин.

– Он женат.

– Точно, к тому же имеет любовницу. Есть еще лорд Дарнелл. – Филипп слегка двинул подбородком в сторону чаши с пуншем. – Обрати внимание на тупое выражение его лица.

Эндрю обернулся и тотчас стиснул зубы. Лорд Дарнелл передавал Кэтрин бокал с пуншем и смотрел на нее так, точно та была лакомым блюдом, от которого он мечтал откусить славный кусочек. Эндрю с неудовольствие заметил, что вокруг толпилось еще несколько джентльменов с таким же умильно-хищным выражением на лицах.

__Похоже, мне придется купить метлу, – мрачным тоном пробормотал Эндрю.

– Метлу? Это еще зачем?

– Выметать этого негодяя Дарнелла и его дружков у дома леди Кэтрин.

– Прекрасная идея. Скажу по секрету, мне тоже не нравится, что Дарнелл на нее так смотрит.

Эндрю наконец оторвал глаза от группы, что крутилась вокруг чаши с пуншем, и перевел взгляд на Филиппа.

– Не могу сказать, что меня это радует.

– Ладно, раз ты сам в состоянии справиться, я уезжаю, а ты продолжай кампанию. Как только стану отцом, сразу сообщу, кто мой потомок: девочка или мальчик.

Эндрю улыбнулся.

– Да уж пожалуйста. Мне будет любопытно узнать, в кого я сам превратился – в дядю или в тетю.

Филипп расхохотался.

– Успеха тебе в победе над моей сестрицей, которая вовсе не жаждет быть побежденной. – Филипп оглянулся на группу, снующую возле чаши с пуншем. В его глазах мелькнул озорной огонек. – Очень жаль, что мне не доведется наблюдать за процессом ухаживания. Уверен, презабавное будет зрелище. И пусть победит сильнейший.

Проводив Филиппа, Эндрю решил вернуться в дом и разыскать наконец леди Кэтрин. Он надеялся, что помех больше не будет.