Лина нервно пошевелилась на стуле.

— К чему ты клонишь, не понимаю?

— Так уж и не понимаешь? — вкрадчиво произнес Алекс. Его голос окрасился интимными бархатистыми интонациями. — Мы с тобой взрослые люди и прекрасно осведомлены о некоторых вещах…

— Так нечестно! — вдруг возмущенно воскликнула Лина. — Кто говорил, что даже в мыслях не имеет забраться в мою постель?

— Неужели я? — с наигранным удивлением вскинул он бровь — М-да, это было опрометчиво с моей стороны. Впрочем, скорее всего я имел в виду, что некоторые вещи вовсе не обязательно делать в постели. Порой бывает удобнее расположиться прямо на ковре…

— Знаешь что? — воскликнула Лина, вновь заерзав, будто кто-то подложил на сиденье ее стула канцелярские кнопки. — Если ты будешь продолжать в том же духе, я выпровожу тебя прямо сейчас!

— Да? А Пикси оставишь у себя?

Лина прикусила губу. В ее глазах промелькнуло такое отчаяние, что Алекс от души рассмеялся.

— Ох, вижу, ты напрочь лишена чувства юмора! Ладно, хоть у нас в стаканах и не спиртное, давай выпьем за что-нибудь?

— За что? — растерянно спросила Лина. Алекс ежеминутно ставил ее в тупик. Невозможно было понять, когда он серьезен, а когда у него игривое настроение.

Он на миг поднял глаза к потолку, будто размышляя.

— Предлагаю выпить за потерявшихся животных. Идет?

— Да.

— А также за их прекрасных спасительниц.

Согласна?

— Ну… в общем не возражаю.

— Хорошо, — поднял Алекс бокал. — Поехали! — Его губы изогнулись в улыбке, в которой не было ничего интимного.

Глядя на него, Лина даже усомнилась, видела ли она это минуту назад или же ей просто померещилось. Сейчас лицо Алекса озарялось лишь безмерным и обезоруживающим обаянием.

— За тебя! — добавил Алекс. — Надеюсь, все связанные с Пикси проблемы будут решены и дальнейшая ее жизнь сложится счастливо и безоблачно!

— За последнее я выпью с удовольствием, подхватила Лина.

Они отпили по глотку минералки, после чего Алекс произнес, берясь наконец за вилку и нож:

— А теперь, может, расскажешь мне о своих рыбках? Вон о той, например, розовой в полоску. Никогда прежде таких не видел…

На следующий же день, сразу после перерыва на ланч, Лину посетил адвокат Элли Жарден. Его звали Патрик Розман, он имел репутацию дорогого и очень хорошего профессионала, и Лина уже два раза сталкивалась с ним по другим делам.

Когда в ее кабинет заглянул Уилли Стайер — которому предстояло дежурить до конца недели — с известием, что к ней посетитель, она невольно замерла. На одно мгновение ей почему-то показалось, что сейчас она услышит имя Алекса Нортона.

Но ничего подобного не произошло. Следом за Уилли в кабинет вошел Патрик Розман, и Лине осталось лишь подавить разочарованный вздох. Причем она сама удивилась степени своего разочарования А ведь оно не имело под собой никакой основы. Кроме того, у Лины не было ни единой причины ожидать сегодня визита Алекса.

Следующие три четверти часа она беседовала с Патриком Розманом, который был человеком остроумным и веселым, но за шутками не забывал гнуть свою линию.

Лине пришлось детально рассказать о том, как она выслеживала взломщика, проникшего в полицейские хранилища электронной информации, а затем ответить на множество вопросов, касающихся того, почему ей кажется, что именно Элли Жарден является тем самым хакером. Лина упорно отстаивала свою правоту, да и невозможно было иначе, потому что в противном случае ей пришлось бы признать бессмысленность выполненной работы.

Наконец Патрик Розман ушел, напоследок предупредив Лину, что на суде спуску не даст, и посоветовав заранее отказаться от некоторых утверждений, имеющих под собой шаткую основу.

Оставшись в одиночестве, Лина несколько минут сидела с устремленным на экран монитора взглядом, ничего при этом не видя. В ее голове теснились воспоминания о минувшем вечере, остаток которого прошел довольно мирно Они с Алексом больше не касались в беседе острых моментов. По окончании ужина тот еще некоторое время любовался аквариумными рыбками, потом заставил подняться прикорнувшую на ковре Пикси, после чего они все трое снова уселись в «бьюик» и отправились к воротам кондоминиума. Привратник был на посту. Когда Алекс притормозил, чтобы высадить Лину, тот увидел, что свинка уезжает, и расплылся в улыбке Лина на прощание почесала у Пикси за ушком, затем они с Алексом пожелали друг другу всего хорошего. Он укатил, увозя свинку с собой, а Лина подождала, пока «бьюик» скроется из виду, и направилась к ближайшей клумбе — той самой, где накануне Пикси устроила себе туалет. С помощью маленькой садовой лопатки Лина собрала все, что свинка оставила после себя, в целлофановый пакетик и забрала с собой, чтобы дома выбросить в мусорный бак.

Сейчас она думала о том, как Пикси провела ночь. Лине даже неизвестно было, где она находится, потому что впопыхах забыла выяснить, где Алекс живет, и попросить номер телефона.

За этими размышлениями ее застал вновь заглянувший в кабинет Уилли Стайер.

— Иду за кофе, — сообщил он. — Принести тебе?

— Если не трудно, — сказала Лина.

Уилли задержался на пороге.

— Вижу, к тебе зачастили адвокаты девицы, что влезла в полицейскую базу данных… Жертан, кажется, ее фамилия?