Зейнаб встала перед любимым зеркалом, чтобы подкрасить ресницы.

– Честное слово, не задержусь дольше часа, Инес, но я обещала Роули пообедать с ним.

– Не забудь спрятать от него подарок Мортона.

– Не забуду. Жаль, что снимать придется.

На редкость суматошное утро, подумала Инес, глядя, как Зейнаб снимает кулон.

Бекки рассказала Джеймсу кое-что об Уилле. Ей просто хотелось кому-то рассказать о нем, о его детстве и ее вине. Лишь бы только ее выслушали, пусть даже он через пять минут заскучает. Она не заметила легкого нетерпения в его голосе, появившегося уже минуты через четыре.

– Он тут, со мной, – закончила она, – и я не думаю, что сейчас могу отправить его куда-то еще. Мне даже думать об этом тяжело. Я его люблю и очень жалею, я даже чувствую, что все это моя вина. Знаю, что не стоит тебя в это втягивать. Так что ты сразу скажи правду, если не хочешь меня видеть, я пойму.

– Я тут подумал, может, я зайду завтра, – сказал он, – днем, около трех?

Вчерашний разговор очень подбодрил ее. Даже если Уилл отпугнет Джеймса, ее все равно будет греть мысль о том, что он позвонил и сказал ей все это. В голове вертелась когда-то прочитанная фраза: «Двое – это не дважды один. Двое – это тысячу раз один». Эта фраза должна была доказывать, что в мире всегда будет главенствовать моногамия. Бекки не хотелось обязательной моногамии, и выходить замуж она не хотела, но перспектива побыть с кем-то хотя бы в субботу была так приятна. Всю ночь Бекки спала крепко, не просыпаясь.

– Вы с подругой собираетесь куда-нибудь на праздники? – спросил Анвар, легко присев на высокий стул у стойки бара.

Фредди сел рядом. Он был в два раза тяжелее Анвара и не обладал таким хорошим чувством равновесия.

– Мы собираемся пожить в пятизвездочном отеле в Торки. Говорят, там хорошо отдыхается.

– Смотря что считать отдыхом, – Анвар сделал серьезное лицо и со значением добавил: – А мне говорили, что это кокаиновая столица Западной Европы. Когда возвращаетесь?

– Вечером в понедельник, – Анвар из опасения не спросил об остальных, но Фредди сам рассказал. – Инес поедет к своей сестре на день, этот странный скупой рыцарь с верхнего этажа поедет к мамочке, а бедный Уильям сейчас живет у тетушки.

– Почему бедный?

Фредди постучал себя пальцами по черепу.

– Да копы его запугали, и он теперь молчит как рыба.

– Правда? – равнодушно произнес Анвар.

– А ты как проведешь праздник?

– Дела, как обычно, – ответил Анвар, потом благочестиво добавил: – Поеду в один замок с родителями. Там будет свадьба родственников в Нисдене.

– А этот грязный фургончик? Знаешь, о чем я?

Анвар прекрасно знал, но сказал, что не замечал его. Спросил, не хочет ли Фредди еще сока манго?

– Давай. Он освежает. Этот фургон стоит у магазина. Знаешь, о чем я думаю?

Анвар покачал головой и заказал сок.

– Я думаю, что если кто-то задумает какое-нибудь нарушение, хулиганство, например, или украсть мобильный у какой-нибудь девушки, то обязательно найдется свидетель, который скажет, что обратил внимание на грязный фургончик, и фараоны примчатся быстрее, чем ты успеешь сказать «помойте машину».

Фредди хмыкнул, очень довольный собой.

– Может быть, – сказал Анвар, – не знаю. – Он посмотрел на свой «Ролекс». – Мне пора. Поговорю с одним человеком насчет белого фургона.

Фредди рассмеялся:

– А сок ты не будешь?

– Выпей сам, – разрешил Анвар, и Фредди выпил.

Анвар вернулся на Стар-стрит, добрался до дома из тех, которые в восьмидесятых называли «норами», и позвонил в дверь на первом этаже. Дверь открыла неряшливая женщина и сообщила, что Кифер еще валяется в кровати.

– Отведите меня к нему, – драматично проговорил Анвар.

Он вытащил Кифера из постели, которая представляла из себя матрас на полу, валявшийся среди других матрасов.

– Вставай, парень, есть работа. Отгони свой драндулет в мойку машин в Килбурн, нет, лучше в Хендон, и сними это дерьмо со стекла. Это уже не смешно.

– Что-что? Помыть фургон? – спросил Кифер так, словно Анвар предложил ему принять ванну или устроиться на серьезную работу.

– Да, помыть. Помой его дважды, и немедленно.

Анвар сунул ему в руку десятифунтовую купюру.

Александр оставил Джереми на Стар-стрит, а сам отправился на Оксфорд-стрит, купить подарок для матери. На следующей неделе у нее день рождения, но и без этого он всегда дарил ей что-нибудь, когда приходил в гости. Он купил плеер и пятьдесят новых дисков ее любимой музыки. Подарок был слишком тяжелым, чтобы нести в руках, и он заказал доставку. А потом нужно будет отвезти его в машине. В понедельник – праздник, и можно спокойно припарковать машину неподалеку от дома. Джереми избегал показывать машину соседям, придется и на этот раз спрятать ее. Разобравшись с главным подарком, он купил большую коробку шоколадных трюфелей, шампанское «Круг», зеленую орхидею в керамическом горшке и флакон духов «Булгари».