Принц сегодня в радостном настроении. Он смеется, шутит и ухаживает за женщинами. Обменивается несколькими словами с Марией Ветцера – в этот момент глаза многих устремлены в их сторону. Сколько людей наслышаны об их безумной страсти! Но можно ли верить этим слухам? Как он непринужденно держится! Как она грациозна! О чем они говорят? После обычных комплиментов, которые принц умеет расточать хорошеньким женщинам, удается перехватить несколько слов: „Мы охотимся в Майерлинге, в понедельник и вторник“. И все. Но в этом решительно нет ничего подозрительного. Еще минуту они беседуют, потом расходятся и теряют друг друга в водовороте бала. Где им придется встретиться вновь?

Можно ли вести себя так раскованно и непринужденно в преддверии смерти? Без сомнения, они не знают, что умрут. Вот простое объяснение их радости в этот вечер – такой естественной, такой искренней – и счастья, которым полны прекрасные глаза девушки.

Но нет, они знают все. В книге судеб стоит их подпись. Утренняя беседа с императором подвела черту. Они едут в Майерлинг и там… Мария узнала об этом несколько часов назад из записки Рудольфа, полной нежности, и любви, и почти что радости при мысли о том, что они наконец-то смогут вырваться из столь жестокого мира. Пока она думает лишь об одном – она будет жить рядом с ним день или два, вдали от всех. Этого достаточно, чтобы светилось ее лицо. Сегодня вечером он находит ее прекрасной, она нравится ему, он хотел бы заключить ее в объятия. Этот бал – самая чудесная вещь на свете.

Граф Ойос приглашает ее на танец; она рада видеть его с тех пор, как узнала, что Рудольф дружит с ним. Она вальсирует и с Мигелем Браганским, кузеном принца. Он также ухаживает за ней и, стоит ей захотеть, женится на ней хоть завтра и обеспечит ей легкую, роскошную жизнь в любом уголке Европы. Не слишком ли поспешно отказывается она от такого выгодного брака? Но в этот вечер ей нравится быть легкомысленной.

Танцующие пары замирают. Что произошло? Принцесса под руку с германским послом обходит салоны. При ее приближении мужчины склоняют головы, женщины приседают в реверансе.

Мария и Мигель Браганский также останавливаются. Принцесса подходит все ближе, расточая приветствия. Она высокого роста, полная, ей так и не удалось восстановить фигуру после первых и единственных родов. Она кажется Марии обделенной красотой, грацией и, главное, нежностью. Она довела до отчаяния принца, подобного которому не знала Австрия, – надежду народов двойной монархии; она осудила его на смерть. Эти лихорадочные мысли вихрем кружатся в голове Марии, разжигая ее гнев… Принцесса всего в трех шагах от нее, с любопытством и вызовом разглядывает Марию… Как выдержать эту дерзость?.. Десятки пар глаз наблюдают немую сцену между принцессой и той, кого молва считает ее соперницей. Еще шаг. Рядом с Марией все склоняются в поклонах и реверансах. Взгляд принцессы меряет Марию, но… та остается неподвижной. Ее ноги не сгибаются, как повелевает этикет, голова гордо запрокинута. Мария смотрит прямо в глаза неприятелю… Принцесса и посол проходят мимо. От группы к группе передается молва об инциденте, о нем сообщают на ухо, он летает из уст в уста под хрустальными люстрами, над бархатом банкеток, сопровождаемый веселыми звуками вальса Штрауса и звоном бокалов с шампанским…

А два дня спустя – иная сцена: зимние сумерки; небо в облаках, гонимых резкими порывами ветра; розовая полоса на западном небосводе поверх горной гряды; ветки елей, отяжелевших от мокрого снега; группа низких строений, окруженных стеной, тянущейся по склону холма. С этого места открывается вид на долину, где несколько домов теснятся вокруг островерхой церкви, а на заднем плане виднеются заросшие лесом откосы гор. Это Майерлинг – охотничий замок в сорока километрах от Вены, владение наследного принца.

Рудольф и Мария идут по тропинке, вьющейся через лес. Они держатся за руки. И если принц прокладывает путь, то она – та опора, которая его поддерживает, – таково реальное положение дел. Слышны то глухие удары дятла по коре бука, то его шумный, похожий на хохот крик, когда путники заставляют его сниматься с места. Тропинка поднимается круто в гору. Иногда Мария останавливается.

– Я запыхалась, – говорит она Рудольфу, прикладывая его руку к своей груди.

Принц различает частые удары сердца, доносящиеся сквозь бобровую шубку. Жизнь кипит в этом молодом теле…

– Мне бы хотелось заблудиться, Рудольф, но с тобой это не удастся. Ты здесь знаешь каждое дерево. Они охраняют нас. Среди них мне совсем не страшно.

Дальше они идут молча, им не нужны слова. Безмолвные думы не вызывают в них страха. Им нечего скрывать друг от друга. Мария ощущает себя частицей зимнего леса, побывать в котором она так давно мечтала.

Однако пора возвращаться, ночь здесь особенно темна. Лишь вдалеке мерцают два-три деревенских огонька. Пройдя еще немного, они оказываются на пороге охотничьего замка.

Просторная комната, которая служит и гостиной, и обеденным залом. Стены украшены лесными трофеями и гравюрами с охотничьими сценами. И повсюду цветы – сколько же их здесь! Никогда еще Марию так не встречали. А сама она – не подобна ли розе, которой суждено умереть, едва распустившись? Рудольф раздвигает занавес – за ним скрывается широкая кровать, занимающая почти все пространство этой крошечной спальни. В задней стене – дверь в туалетную комнату.

– Это все, – говорит, извиняясь, принц. – Тебе будет удобно?