– Ага. – Лерка боролся с желанием вытащить из ножен меч. Их разделяло метров десять, и если быстро пройти вперед… – Я люблю быть ребенком. Так кто вас убьет?

– Это будет бродяга, – сказал Гевол. – Всего лишь жалкий, бездомный…

– Может быть рыцарь – это тоже бродяга? – парировал Лерка.

– И я, – радостно отозвался маг. – И я так думал! И поэтому спросил оракула. Нет. Ты слышишь, рыцарь – НЕТ! Рыцарю Света убить меня не суждено.

– А кому? – снова повторил Лерка. Он решил, что меч пока что может подождать. – Как в точности звучало пророчество?

– Какая разница?

– Мне любопытно.

– Меня убьет ничтожный маленький человечек, – сказал Гевол, пожимая плечами, – без семьи и очага, что-то в таком роде… Что здесь смешного, рыцарь?

Забавная вещь, эти пророчества, – подумал Лерка. – И Зирт тоже на эту заморочку купился… И это их главное Пророчество – наверняка тоже с юмором. Если этому самому рыцарю и правда через шестьдесят три года судьба остановить их Идущего на Черный Трон, то, наверное, это тоже будет что-то не совсем то, что они ожидают… Что-то обидное, как насмешка… Хорошо пошутил оракул. Теперь ясно, что понял Зирт перед смертью…

– Маленький – не обязательно ничтожный, – сказал он вслух. – Это может быть просто – ребенок.

Гевол промолчал, но поза его как-то вдруг стала менее раскованной. Подобрался.

– А без семьи и очага – это не обязательно бродяга. Это может быть просто сирота. Вы знаете, что я сирота, Гевол?

– Неплохо, – кивнул маг. – Вы меня почти убедили, рыцарь. И все же – вам не суждено…

– Эта часть – самая смешная, – сказал Лерка. – Рыцарю Света предстоит родиться через тридцать два года. Я – не он, вы ошиблись, Гевол. Вас сбил с толку мой меч…

Он не договорил – стоящая перед ним затянутая в черный шелк фигура издала хриплый крик, выбросила вперед сжатый кулак и замерла, словно ожидая, что с кулака этого сорвется молния и поразит Лерку через все эти десять метров. Затем Гевол в недоумении уставился на свой кулак и повторил жест, но уже не так быстро. Лерка украдкой скосил глаза на скалу, где по-прежнему находился эльф. Теперь ясно, что он тут делает – нейтрализует Гевола с его магией.

Неужели я прав? – с веселым ужасом подумал он. – Неужели я теперь всегда буду прав?

Наконец Гевол понял, что его магия не действует на этого странного мальчишку. Он коснулся пряжки на шее, и черный плащ плавно упал на землю за его спиной. Затем маг вскинул руку в салюте, и черный меч выпрыгнул в нее из ножен.

– Познакомься с Атласом, – сказал Гевол. – Этот меч не знает равных в Кристалле.

– Познакомься с Чернышом, – в тон ему сказал Лерка, вытаскивая свой клинок. – Он тоже очень острый…

– Значит, сны закончатся через месяц, – задумчиво произнес Семен Семенович.

– Он сказал – месяц-два, – поправил его Лерка.

– Да, верно… Жаль, вы только начали входить во вкус…

– Очень жаль… Я за этот месяц планирую проплыть на юг вдоль побережья, там, говорят, много красивых мест. С Леной, Андреем и Женькой. Если удастся, Таню подберем у Рталага, только ведь не отпустят ее пираты… А мог бы еще в джунгли сходить и в горы… У гномов, говорят, под землей целые города… Да что там говорить!

Они стояли на мосту через Москва-реку, рядом с Парком Культуры, и смотрели в воду. По воде, разбивая отражения вечерних облаков, медленно плыла баржа с песком. Народ шел из парка мимо двух облокотившихся на поручни фигурок сплошным потоком.

– Смешно, – задумчиво сказал куратор. – Мечта любого шпиона – знать будущее. Что будет завтра… Через неделю… Мы заглянули вперед на полвека, и что? Ничего нельзя менять…

– Потому что иначе погибнет целый мир, – кивнул Лерка, – то есть, не возникнет. Останется компьютерной игрой…

– Да. Кто еще об этом знает?

– Полностью? Никто. Вы да я.

– Все-таки непонятно, как эти маги… Да ладно, какое это в конце концов имеет значение!

– Во всем виноват оракул, – сказал Лерка. – Но вот как оракул из компьютерной игры узнал, что надо сделать, чтобы мир стал настоящим…

– Значит, еще чего-то ты не знаешь, Валера.

– Ага. Еще где-то под камнем зарыта книга… И так до бесконечности… Мне Зирта жалко. Получается, он по ошибке прожил так долго и умер – тоже по ошибке. Потому что этот Гевол меня за рыцаря принял.